Возрождение прошлого

Если рассуждать как обычный человек, то это воспринималось ужасно и можно было бы кричать о несправедливости: они все были ранимыми, отчаявшимися людьми, ими было так легко манипулировать… Но потом я вспомнила себя и свою реакцию на все эти чудеса: я чувствовала подвох с самого начала, никогда не теряла бдительности и была крайне осторожна.

«Они сами виноваты.»

Мелькнувшая в голове мысль мне не понравилась, но убеждать себя в обратном я не стала — слишком большая реалистка.

— Почему это не вышло со мной?

Он снова остановился и с неким удивлением как мне, показалось взглянул.

— Разве самой непонятно? Ты всегда отличалась от других: холдным умом, сильным характером, мышлением — никогда в тебе не было той глупой наивности, что всегда была присуща другим.

— И это всё?

— А ты хотела услышать нечто другое?! — дочитав газету, мужчина поднялся с кресла и подошёл ко мне. В его руках, словно из воздуха появилась чёрная мантия с большой золотого отлива железной пуговицей. — Примерь.

Я не стала спорить и спокойно приняла предложенную вещь. Вновь с благодарностью подметив, что ткань была выбрана крайне тщательно — чтобы чувствительная ко всему кожа не ощущала раздражения, я одела мантию поверх платья и… и с досадой подметила, что вещь оказалась не по размеру — в плечах и рукавах было слишком свободно из-за худобы.

Он это тоже подметил и недовольно поджал губы.

— Твои родители тебя совсем не кормили? — отложив мантию на стол рядом с лампой, дух потянул меня к выходу из тайной комнаты и привёл на кухню.

— Звучит неплохо, — пока он занимался приготовлением, я уже без страха смотрела на его спину и скучающе наблюдала за всем процессом готовки. — Пап, — мысль, которая посетила мою голову, была довольно любопытной.

— Да, дорогая?

— У тебя есть настоящее имя?

***

Позже, я всё же выпытала настоящее имя духа — Мордефляй. Довольно необычное имя, как для пожирателя детей.

Тот продолжил заботиться и ни в чём не выдавал подвоха: никаких упоминаний о сердце, никаких разговоров о ключе.

«Интересно, а скучают ли они по мне?»

Эта мысль навеяла тоску: я ходила как в воду опущена и постоянно крутилась возле волшебного шкафа.