Редкий Цветочек

Все мои мысли занимал не тот безвкусный браслет, а странное пятнышко на щеке той эльфийки.

— Доми, ты видел странный белый налёт у неё на щеке? — шепнула я брату, не удержавшись.

— Да мало ли в чём измазалась эта невежа? — фыркнул он. — О, смотри, то самое здание — «В гостях у Ринориля». Такую огромную вывеску можно было найти, и не спрашивая никого.

— Тут ты прав. Вывеска размером с дверь — это очень оригинально. — Я привязала единорога к перилам, и мы вошли в здание, чтобы тут же поспешно отойти в сторону.

— Ха-ха, бабочки, ха-ха-ха, эй, бабочки, вы куда? — мимо нас пронёсся радостно смеющийся эльф в погоне за невидимыми бабочками. По крайней мере, я никаких бабочек не видела. — Ха-ха-ха, не улетайте без меня! Бабочки-и…

— Похоже, кто-то перепил, — Доми задумчиво посмотрел, как любитель бабочек выбежал за дверь.

— А ещё у него тоже странное пятно на лице, — снова шепнула брату.

— Ой, может, тут так у них модно сейчас. — Брат махнул рукой в сторону одиноко сидящей за столом эльфийки с тем же налётом на шее.

— Я прошу прощения, что отвлекаю вас, — Доми подошёл к той самой эльфийке, — но нам очень интересно, что это за странная мода у вас? — Доми сделал паузу в ожидании хоть какой-то ответной реакции, но её не последовало. — Как вы наносите на себя этот белый пушистый… Хм, а что это вообще?

— Похоже, она не хочет с нами разговаривать, — удивлённо повернулся ко мне брат после нескольких минут тишины в ответ. Даже больше, эльфийка не то что не ответила на вопрос, она даже не шелохнулась ни разу.

— Что случилось? Что-то болит? — Мы с братом услышали обеспокоенный голос Максимилиана и тихонько подошли к нему. Он, сложив руки за спиной, наблюдал за держащимся за голову и тихо стонущем рыжим эльфом в компании двух друзей.

— Голова, моя голова-а, — парень чуть ли не плачет, произнося это.

— У вас болит голова? — понимающе кивнул дроу. — Я лекарь, и если вы позволите, я мог бы облегчить ваше состояние…

— Голова… — все так же жалобно стонет эльф, — она слишком большая.

— Нормальная у вас голова, не больше, чем у других, — в диалог встревает мой брат.

— Нет, вы не понимаете, — качает головой страдалец и с силой вцепляется в волосы. Я замечаю у него на руках все тот же налёт, — она очень большая. Она заполняет всю комнату, не помещается в двери. Голова настолько тяжёлая, что я не могу встать.