За стеной из диких роз

Зная, на что способны эти люди, я бы не советовал тебе ходить по замку ночью. Впрочем, я вижу, что запреты — лакомый кусок для тебя, — сказал он с хлёсткой язвительностью.

— Я прошу прощения за нарушения запрета, — ответила Анна, потупив взгляд. Она задумчиво посмотрела на Клода. — А на что они способны?

— Каждый по-разному. Но всё, что я тебе расскажу — ужасные вещи; есть ли у тебя желание слушать их? Если тебе нечем потешить своё воображение — поищи что-нибудь на полках библиотеки.

— Вы сами предложили, — напомнила Аннабелль. Клод усмехнулся и, разведя руками, указал на себя.

— Это, — он провёл ладонью по нескольким шрамам, раны на месте которых могли бы быть несовместимы с жизнью. Аннабелль вздрогнула и нахмурилась, думая, что не совсем верно поняла этот жест.

— Хотите сказать, что… это те люди так поступили с вами?

— Не все, — поспешил сказать он. — Но некоторые были решительны. Одна дама, крайне желая не ступать на охваченную революцией землю, уничтожала всякого человека, который, как ей казалось, мог помочь разрушить заклятие.

— Были ещё девушки? — спросила Аннабелль, стараясь не терять самообладания. По телу побежала крупная дрожь.

— Да. Придворные дамы. Некоторые от ужаса сходили с ума, другие сами сбегали. Только позже я узнал, чьих рук это дело, но к тому моменту ей было уже некого губить. Поэтому я советую держаться как можно дальше в первую очередь от Иветты.

— Но она же моя… родственница, — обреченно произнесла Аннабелль, про себя отмечая, что не чувствовала такого уж удивления.

— Дальняя? — уточнил Клод.

— Да, пожалуй. Мы никогда не были в хороших отношениях.

— И хорошо, — усмехнулся он. — По правде сказать, прошу прощения, если оскорблю родственнические чувства, но… она обладает редкой способностью портить всё, к чему ни прикоснётся, это относится и к людям, — он смерил девушку внимательным взглядом.

— Ужасно, — покачала головой Аннабелль, глядя вдаль. — Я никогда бы не подумала, что Иветта способна губить других людей.

— Это болезнь, которой болен каждый, кто близок к власти. Кроме разве что Ювера. Он единственный, кому я доверяю, — сказал он, уверенный, что девушка прекрасно знает, о ком идёт речь.