Случайная гадалка

Не знаю почему, но так её называть дозволялось только мне, другие боялись даже заикнуться, что она ведьма, опасаясь порчи. А я ничего не боялась, потому что считала её обычной шарлатанкой и она никогда не заставляла меня верить в обратное.

- Моя дорогая Уна! – Прошептав ласковые слова на ухо, она поманила меня за собой, махнув остальным рукой, чтобы не ждали и отдыхали мужским коллективом.

У цыган другие обычаи, для них женщины – вещь. Их удел готовить, следить за детьми, убирать. Такой уклад жизни меня не устраивал, вот я и сбежала, чтобы не превратиться в таких, как они.

Когда на землю опускались сумерки, женщины забирали маленьких детей в шатры и укладывались спать, в то время как мужчины раскуривали трубку и вели беседы под кислое вино. Зара имела власть, даже не смотря на то, что она женщина. Возможно из-за того, что является матерью барона, а, может потому, что она видит будущее, таких ценили.

Очутившись в окуренном благовониями шатре, женщина пригласила меня на цветастый плед.

- Шувани, прости что сбежала! – Прошептала я, на что ведьма лишь улыбнулась и принялась тасовать карты.

- Не стоит извиняться за то, что я и так знала! – Дав мне прикоснуться к магической колоде, женщина по одной начала вытягивать карты на плед. – Я говорила Тобару, но он боялся, что ты уйдёшь, вот и решил привязать тебя к нам. Но ты всё равно ушла, дылыня!

Усмехнувшись сквозь дым благовоний, Зара потрепала меня за щёку и принялась рассматривать карты, лежащие на одеяла аккуратным ромбом.

- Ууу, милая, не сладко тебе пришлось! Ну, ничего, осталось недолго…

Но, тут она замолчала, застыв на одной карте.

Карта Смерти выглядела, как обычные рыцарь, восседающий на коне, сквозь забрало которого проступает череп. И рядом примостилась карта рогатого Дьявола. В каком-то смысле ничего плохого они не предвещали. Лишь показывали испорченность и искушённость натуры.

- Мами (бабушка цыг.)! – Окликнула её я, пытаясь разрядить обстановку.

- Уна, дочка, посмотри на меня. – Протянув костлявые руки, женщина всмотрелась в моё лицо со слезами на глазах.

- Мами, всё со мной хорошо! – Я чувствовала, как руки женщины нагреваются, передавая своё тепло мне, наполняя меня словно флакон, до самого верха, чем-то неизвестным. Но я явственно чувствовала, как это что-то вливается в меня, подстраивается под меня, становится мной. И, от этого осознания становилось и страшно и прекрасно одновременно. Наконец, она скорбно прикрыла глаза и отпустила меня.

- Мами? – Кинулась к накренившейся женщине.