Власть льда

Немного колдовства под глаза потрачу, сниму синячки и эту бледность…

Ведьма погладила Лорейн по щекам, а потом улыбнулась. Милая куколка стояла перед ней. Юная и такая трогательная, что любой боров клюнет на столь нежные прелести.

- Сегодня вечером ты пойдешь в комнату нашего гостя в девять часов, сама разденешься и не откажешь ни в одной его просьбе. Ты поняла? – Матушка Гусыня сомневалась, что глупая полукровка достойно может показать себя в любовном искусстве, а потому решила схитрить и налила ей в бокал немного вина с настойкой послушания.

Лорейн мотала головой, даже отступила, но как откажешь хозяйке?

- Отпустите меня, я хочу покинуть таверну, - бормотание и глупые капризы никто не слушал. Ведьма ухватила девушку за волосы и насильно заставила пить. Сладко. С трепыханиями. А потом отпустила и выудила из коллекции украшений ленты с бусинами, чтобы одну навязать на тонкую длинную шею и вплести в рыжие пряди.

- Никуда я не отпущу тебя.

С этими словами девушку Матушка Гусыня выпроводила за дверь.

Лорейн стояла перед ней, покачиваясь и не понимая, как поступать дальше. Она прикрылась руками, потому что считала, что сейчас выглядит совершенно непотребно. Она боялась спуститься вниз и показаться перед существами, у которых скоро начнется праздник. Прижалась спиной к стене и беззвучно плакала до тех пор, пока Катрин не явилась наверх.

Заприметив подругу в совсем расстроенном состоянии, пышка накинула на нее свою цветную шаль до пят и повела в зал немного выпить и закусить. Тем более, что в день солнцестояния разрешалось не работать весь вечер, если нет гостей.

- Видимо, много денег заплатил за тебя господин мэр, - заметила, когда усадила Лорейн за стол у самого выхода и подавая ей вина. – Ты напейся, будет все равно, что он сделает. Правда, я так раньше и поступала.

Девушка в ответ только нос уронила и всхлипнула. Совсем ее не манили праздничные огни в зале, не брало за душу веселье и музыка, не радовали подарки, которые оставила ведьма каждому слуге.

Ждала она участи и все поглядывала на часы, вздрагивая от каждой пройденной минуты. Вино, как назло, не брало совершенно, в голове царил полный кавардак. Катрин что-то все рассказывала, учила мерзким делам, что вытворяются в постели, но слушать ее совсем не хотелось.