Князь моих запретных снов

- Альберт, - огляделась, чтобы убедиться в отсутствии лишних ушей, - мы тут вечером собрались в гости к Аделаиде и хотели тебя позвать. Пойдешь?

- А кто еще будет? – он прищурил глаз на здоровой половине лица.

- Пока только мы и Аделаида.

Парень снова улыбнулся, но мне показалось, что теперь он улыбался исключительно Габриэль. Впрочем, это правильно: они люди одного круга, не то, что я.

- Приду, конечно, - заверил он, - тогда я зайду сперва за вами, а то я не знаю, в какой комнате эта Аделаида…

А где наша комната, он, разумеется, знал.

Только вот откуда? Не помню, чтобы ему ее показывали.

…Без неприятностей, правда, не обошлось.

Мы со своими разговорами задержались, наставники покинули трапезную. Габриэль направилась к выходу первая, я – за ней. Альберт отошел в сторону, позволяя пройти другим девушкам. И в этот миг что-то больно ударило меня в спину, с противным «шмяк», и платье моментально промокло. А сзади раздался хохот, и кто-то крикнул:

- Это для твоих свиней!

Я обернулась. Ну да, кто бы сомневался, ар Мориш и его приятели смотрели на меня, мерзко ухмыляясь.

Чем они там в меня бросили? Гнилым помидором?

На глазах вскипели слезы. Мое новое платье… Жалко-то как.

- Ильса, пойдем, - тихонечко сказала Габриэль, - пойдем, я тебе помогу почистить… не обращай внимания, они того не стоят.

Взгляд выхватил Альберта, который, еще не поняв, что произошло, пристально на меня смотрел.

- Нет уж, подождите, – внезапно пропыхтела рядом Аделаида.

Шумно дыша, она легко развернула меня спиной к себе, легко соскребла вонючую жижу ногтями.

Потом быстро наклонилась, подняла с полу расквашенный помидор и решительно протопала к хихикающей компании ар Мориша, подобно мощному круглобокому боевому кораблю. Никто из нас ничего не успел ни сказать, ни сделать, когда Аделаида, размахнувшись, впечатала содержимое жмени в лоб одному из прихлебателей со словами:

- Еще раз бросишь, в рот затолкаю.

И, поведя рукой вниз, растерла вонючую жижу по лицу остолбеневшего парня.

К слову, Аделаида превосходила его и ростом, и шириной плеч, так что угроза была совсем не пустой.

Трапезная грохнула смехом. Теперь уже хохотали, хихикали, ржали все присутствующие. А Аделаида, торжествующе отряхнув руки, прошествовала к нам и сказала:

- Вот теперь можно идти, девочки.

Я все же обернулась еще раз, но лучше б не оборачивалась – потому что поймала взгляд ар Мориша, исполненный такой ненависти, что захотелось сделаться маленьким муравьишкой и скользнуть куда-нибудь в щель.