Ледяное сердце

— Если завтра вы не подарите леди Орис лучший букет, она откажется здесь работать!

— Тогда, вероятно, ее придется уволить, — парировал я, откинувшись на спинку кресла.

— Но... л-лорд Конте!

— А знаете что? — задумчиво почесал подбородок.

Воодушевившись, Кассандра сделала шаг вперед и замерла в ожидании.

— Что?

— Вот вы этим и займитесь, — хлопнул в ладоши я. — И постарайтесь. Вы же не хотите, чтобы леди... Орис уволили. Сад в вашем полном распоряжении.

— Да вы! Да я! Да катитесь к Бездне! — крикнула она.

Я ничего не ответил, только проследил, как за дверью скрылись ее золотистые кудри. Адептка ушла, а цветочный аромат никак не желал выветриваться.

Не то чтобы запах был неприятным. Но это и злило.

А больше всего то, что эта девушка, по-видимому, обожала все вокруг, но с первой же встречи невзлюбила меня.

Впрочем, ничего нового. Люди и иные существа всегда меня сторонились. Может быть, потому что я не умел одаривать их улыбкой, коей обладала Кассандра. А может быть, потому что был слишком требователен.

Мне никогда не нравилось размениваться на эмоции. Или прожигать вечера в компании друзей.

Я работал каждый день и каждую ночь. У меня не было влиятельных родителей, весомого положения с самого рождения, сундука с сокровищами. Зато у меня был я и моя мама.

Начинал я, конечно, с малого — деревянный меч, чучело, ну и я, хлюплый малый. В деревне, на окраине империи, надо мной не смеялся разве что ленивый. Но всем быстро перестало быть смешно, как только магия заструилась по моим жилам.

Формация была тяжелой. Меня буквально разрывало изнутри. Бешеные скачки магии, необъяснимые вспышки гнева или резкий упадок сил. Так я и узнал о себе подобных. А следом ко мне заявился Эллохар.

После этой судьбоносной встречи моя жизнь перевернулась. Поступление в Школу Искусства Смерти. Тренировки, тренировки, сон, снова тренировки. И бесконечный контроль над собой.

Закончив первый семестр, я собирался провести каникулы дома, но немного задержалась.

Не хотелось приезжать с пустыми руками, потому полстипендии я оставил в книжной лавке. С двадцатью книгами на перевес — а мама обожала читать и часто жаловалась, что вынуждена перечитывать старые романы уже в десятый раз — и с букетом цветов я вернулся в родную деревню.

Но оказалось слишком поздно. Один день. Все решил один чертов день.

Дом разграбили, а мама... Ее даже не похоронили. Так, бросили в первую попавшуюся яму.