Цвет моей магии

Она и так почти каждый день дуется, что…

– Что ты обходишь ее во всем, что касается магии, так?

– Я ее понимаю… – мне сложно было говорить о взаимоотношениях с сестрой, но Брин и так был в курсе всего. – Ну, я тебе уже говорила. У Арлы есть способности к магии, несомненно, есть. Но, почему-то все уверены, что именно у меня какой-то необычайный талант. А сестра… Ей завидно, понимаешь? Мы же близнецы, у нас все должно быть поровну.

– Близнецы… Но, Мара, я уже говорил, вы абсолютно разные! Даже внешне не похожи.

– Арла красивее, – ухмыльнулась я.

– Не для меня, – Брин взял мои ладони и крепко сжал.

Он был прав. Даже будучи близнецами, мы с Арлой не были копиями друг друга. Сестра крепче и выше меня. Она, казалось, впитала в себя те краски, которые мы должны были поделить на двоих. Ее темно-русые локоны и мои светлые, как лен, волосы. Ее темно-серые глаза и мои – прозрачные, словно вода с легким налетом синевы. Арла всегда казалась старше и сильнее меня во всем. Во всем, что не касалось магии.

Магия!

Я повернулась к Брину.

– Мне ведь скоро придется уехать. Экзамены вот-вот начнутся.

– Я думаю, что смогу найти работу в столице. Тогда мы сможем пожениться.

– Не раньше, чем я завершу учебу, помнишь? – я ласково потрепала Брина по щеке. От мыслей о расставании искорки в его глазах моментально погасли, и это причинило мне боль.

– Ты станешь самым могущественным магом в городе, а я открою самую крупную в столице лавку.

– Так и будет, даже не сомневайся.

Медленно солнце спускалось к горизонту, а воздух наполнялся писком комаров и прохладой, идущей с реки.

Моя голова лежала на коленях Брина. Мы молчали, а над нами расстилалось небо – нежно-сиреневое, в клочьях розовых и золотых закатных облаков. Сейчас в мире для меня существовала лишь одна магия – любовь. И было ли что-то важнее и прекраснее этого сияющего и многогранного чувства?..

Глава 2

– Ох, Мара, вставай скорей! Да просыпайся же!

Подушка была на редкость мягкой, и я утопала в ней, как в облачке. А одеяло, тяжелое, широкое, натянуть его по самые уши и…

– Мара, тебе говорю! – я почувствовала, как меня безжалостно трясут, и открыла глаза.

Всю ночь не могла уснуть, размышляя о Брине, о нашем будущем. И вот, стоило только на рассвете сомкнуть глаза…

– Твоя наставница пришла, слышишь? А с ней представитель учебного корпуса.

Я в ужасе вскочила с постели. Мама смотрела на меня круглыми, как у совы глазами, в которых плескалась откровенная паника.

– А-а… платье, мам. Расческа...