Чаша долга

Это не выбивалось из слов Марики, пообещавшей подругам защиту, и избавляло девушек от объяснений, кто они такие и почему сопровождают лорда. Все вопросы можно было смело адресовать Ардану и молчать при расспросах. Иринэис подобный расклад устраивал целиком и полностью, и даже слишком открытое платье не могло испортить настроение.

До замка они добрались довольно споро. Ведьма как губка впитывала в себя все, что могла. План столицы отчетливо отпечатывался в голове, как и особенности пропускного режима. Иринэис сама не ожидала, что именно устройство города так заинтересует ее.

Когда последний кордон стражей был преодолен и экипаж въехал на территорию замка, она машинально проверила платье и прическу, с улыбкой заметив, что Хелли сделала то же самое. Да, уроки института не просто запомнились, а стали образом их жизни.

Легкая улыбка, чтобы отблагодарить слугу, и неизменное восхищение в его взгляде. Ведьма мысленно усмехнулась. Тщательно отрепетированный прием из благородства, недоступности и внимания ко всем окружающим.

Их приучали быть королевами в самом прямом смысле этого слова. Воспитанницы института были обязаны очаровывать всех, кто встречался на пути, и не важно, кто именно это будет, правитель или слуга. Неизвестно, когда понадобится тот или другой. Прекрасно понимая, что миром правят мужчины, наставницы старательно втолковывали девушкам главное правило. Пусть мужчины будут уверены в своем главенстве, а на самом деле их необходимо использовать.

— Леди Иринэис. — Голос Варха заставил очнуться от раздумий и посмотреть по сторонам.

Они не только успели войти, но и проследовать через анфиладу комнат, богато отделанных золотом и зеркалами, отчего создавалось впечатление бесконечного коридора.

— Милорд, — склонила голову ведьма.

Странное дело, но Варх поставил подруг так, что они находились по обе стороны от него.

От нехорошего предчувствия все внутри похолодело, и она панически взглянула на подругу, но Хелли гораздо лучше владела собой, хотя ведьма догадывалась, о чем она думает. Рыжую пугало происходящее, но она продолжала стоять с гордой осанкой и легкой улыбкой на губах.

Иринэис взяла себя в руки, и вовремя.