Хозяин "Логова"

Получив желанное, я облачилась в голубой наряд прибрежного стиля и отправилась завтракать в компании улыбающейся свекровушки и ее подозрительно молчаливых дочерей. Долго и со вкусом ела, не переставая нахваливать старания Пышки Суфи и только через два отправилась к ожидающим.

Глава 7

7.

Мой путь лежал через коридоры славы, сплошь увешанные трофеями побед, стертым в боях оружием, шлемами поверженных врагов. Среди них встречались пряди волос, большие коренные зубы и клыки. От возникших перед глазами картин захотелось на свежий воздух.

К счастью, сопровождавшая меня Эванжелина вовремя пояснила, что в мирное время тарийцы охотились на диких зверей и, поймав особо крупные экземпляры хищников, очень этим гордились.

- Отрадно знать, что они находили, где сбросить свою агрессивность, - заметила я, ступая в следующий коридор, сделала несколько шагов и остановилась, в смятении разглядывая висящие на стенах портреты.

- Галлерея предков, полное собрание глав рода, - с благоговением пояснила свекровушка и потянула меня вперед.

– Идем, я покажу тебе своего супруга и его отца. Они прекрасно получились.

А вот с этим я бы поспорила, потому что вокруг были лишь тяжелые деревянные рамы, темные краски, мрачные лица и все как одно с боевой «изюминкой». Сломанные, скошенные носы, порванные уши, рваные шрамы, ожоги, как от огня, так и от кислоты, стеклянные глаза взамен выбитых или вовсе повязки.

Невольно задала вопрос:

- Это что? Это следы борьбы за реликвию, трофеи с поля боя, последствия какого-то ритуала, пыток, специально нанесенные ранения для устрашения прочих членов рода? Или это и есть та самая подправленная Златогривым внешность? – покосилась я на семенящую рядом тростиночку, но ответила мне Эванжелина.

- Как говорил мой дорогой свекор, это не к месту проявленная глупость. – Мы преодолели еще тридцать шагов прежде, чем свекровушка остановилась и, развернув меня к стене, сказала: - Вот они мои славные! Свекор Оданас Дори и супруг Гайвен Дори.

Их портреты разительно отличались от остальных.

Рамы легкие из серебра, краски светлые, взгляды открытые, лица без ранений. Вернее у свекра Эванжелины они отсутствовали, а у супруга был небольшой шрам, пересекающий правую бровь и висок.

- Та самая глупость? – поняла я, разглядывая Гайвена Дори, чьи черты легко угадывались и в Инваго. Та же вздернутая бровь, легкая полуулыбка, упрямая линия подбородка и разрез глаз.

- На самом деле, не та самая, а моя, - с улыбкой ответила свекровушка.