Несмеяна

- Что ж, попробую объяснить. Когда Иван запел в саду свою песню, она достигла Березани. В это время у меня гостила Перуница. Мы с ней были сильно удивлены – в песне не было волшебства, но она призывала кого-то из наших и достигла цели. Мы тут же перенеслись на острова Макарийские, к птице Гамаюн, чтобы разузнать все о певце. И вещая птица сказала: «Тот, о ком вы спрашиваете, может спасти зачарованную царевну от проклятья, порожденного Кощеем».

- Неправда! – раздался звонкий голос, и из-за деревьев вышла ослепительная женщина, в которой я узнала Перуницу.

Уж не она ли была той грозой, что разразилась так внезапно?

- Ты лжешь, Триглава, - сказала она, выступая из тьмы. – Лжешь, может быть, даже сама того не осознавая. Пророчество звучало иначе. Иван действительно может, если захочет, избавить от проклятья царевну, вот только царевна эта – Ярослава.

Я поймала нежный, любящий взгляд Ивана… неужели это правда? Он… меня…

- Ты знаешь, что случится, если Зареслава не проснется, и все равно упорствуешь? – произнесла Триглава глухим голосом, полным горького упрека.

- Лучше признайся, подруга, что у тебя есть свои, весьма мелочные, причины держать Несмеяну подальше от возможного спасителя.

Мы с Иваном молча слушали. Он по-прежнему мог лишь слегка пошевелить рукой, и воспользовался этим, чтобы сжать мои пальцы. Его лицо… так близко. На какой-то миг вновь сработала моя особенность, и я увидела его словно в солнечном свете: в нем была одухотворенность и отстраненность от всего мира… кроме меня. Губы упорно сжаты, а глаза по-прежнему улыбаются… мне.

Триглава же разгневалась. Ее волосы вспыхнули костром, три лица проснулись, два поменялись местами – теперь юная девушка смотрела на нас. Она была величава и грозна, все шесть глаз ярко пылали. Повелительница Березани, волшебного лесного края, сделала шаг к Перунице – владычице Беловодья, царства гроз и вечного дождя.

- Как ты смеешь упрекать меня в мелочности, Перуница? Уж не твоя ли дружба с Хорсом побудила тебя принять сторону этой никогда не смеющейся девицы?

Я же совсем перестала понимать, о чем это они.

Знала лишь одно – я, что называется, влипла. Господи! Да я простая девчонка, несмотря на всю эту волшебную родню и кровную связь с царской фамилией. Я всего лишь мечтала спокойно жить в своем мирке. А потом неожиданно влюбилась… И это его, мою радость, хотят у меня отнять, о его предназначении спорят две изначальные стихии Запределья. Что вообще происходит? Не знаю, не понимаю… что-то-то нелепое, фантастичное.