Капойо

Приглушённо прозвучало короткое слово из тех, над которыми Верделл чуть краснел, записывая, и через несколько мгновений дверь нужника отворилась. Аяна замерла.

– Прости, Черилл. Я не знала, что ты приехал, - сказала она. Ей было очень, очень стыдно. – Не видела, как ты прошёл. Я напугала тебя?

– Не то слово. Я только что с дороги, решил, ну... Эх. Ладно, не страшно. Зато управился быстро. Пойду к Илли.

Он хмыкнул, пригладил начавшую лысеть шевелюру и ушёл, качая головой и прихрамывая на переломанную в детстве ногу.

Аяна постояла какое-то время, прижимая ладони к щекам, потом осторожно вытащила пластину из стены, ушла в комнату и причёсывалась, глядя то на спящего Кимата, то на Ишке, который, в свою очередь, сидел на перилах и делал вид, что смотрит совсем в другую сторону.

Аяна с грустью гладила Кимата по голове. Ей пора было уходить. Каждый раз она надеялась, что он проснётся до её ухода, потому что вечером, когда она приходила, он уже зевал и клевал носом. И одновременно она надеялась, что он не увидит её уходящей в очередной раз.

Всё сжималось внутри, когда Кимат тянулся ей вслед.

Она поцеловала сына и вышла во двор, вдыхая влажный утренний воздух.

– Тебя кир Эрке зовёт, - сказала ей Видана, спускаясь на кухню, где она завтракала, переодевшись в не очень удобное серо-зелёное платье. - О, да неужели ты ешь? Я думала, ты, как птичка талли, питаешься одной росой. Почему ты такая тощая?

– Не знаю, - сказала Аяна. - Мне кажется, я с детства росла, а теперь начала постепенно уменьшаться. С меня снимали мерки в конце мая, а сейчас конец июня, и платья мне как будто стали слегка велики.

«Чим-чим! Ле-ле-ле-ле», - пела птичка, прыгая у окна.

– Да уж. Что-то, видно, крепко тебя беспокоит. Я, когда волнуюсь, ем в три раза больше обычного, и оно всё прочно прилипает, - хлопнула Видана себя по бедру. - А у тебя как будто огонь внутри, который всё плавит. Ладно, мне нужно написать Уителлу список для заказов. Пойдём, я провожу тебя. Кир в общей комнате.

– Здравствуй, капойо.

Кир Эрке Алман смотрел на неё доброжелательно, но серьёзно.

Аяна вежливо присела, гадая, зачем он позвал её.

– Гели отказалась от приглашений и просила больше не договариваться о визитах. Ты не знаешь, почему? - спросил он, внимательно глядя ей в лицо.

– Знаю, кир. Её смущает такое количество народа в одной гостиной. Ей душно в закрытых помещениях.

Гелиэр имела в виду совсем не это. Но это было замечательно отговоркой, при этом не будучи ложью.

– Ясно. Тогда погуляйте в парке.