Капойо

– Полгода.

– Хм. Это мало. Ладно. Что ты умеешь?

Аяна перечислила, что умеет, не включая в этот раз нож, рыбалку, зайцев и, на всякий случай, верховую езду.

– А мендере?

– Я играю на читаре и кемандже. На мендере – не очень.

Ей удалось заметить, что сидящие перед ней переглянулись, но выражений на их лицах поймать не успела.

– Спой.

Аяна спела маленькую песню про птичку пасси, которая нашла большой кусок хлеба, а пронырливая ворона хитростью выманила у неё этот хлеб. Голос немного дрожал от волнения и от того, что ей не нравилось, как сухо с ней разговаривает этот человек.

– Ну, ничего. Что с вышивкой?

Аяна вынула из сумки вышивку и показала. Она незаметно рассматривала бледное платье женщины, украшенное нежно-зелёными вышитыми листьями по рукавам и неглубокому вырезу, и чувствовала некоторое удовлетворение от того, что умеет вышивать лучше мастерицы, которая трудилась над этим платьем. Определённо, лучше.

– Ну, ничего, – сказала женщина, опуская руку, чтобы погладить маленького толстого пятнистого кота, который подошёл, чтобы потереться об её кресло.

Аяне нечего было терять. Она решила рискнуть.

– У меня нет попечителя. Но есть рекомендации из Фадо. Я учила там девушку.

Они опять переглянулись.

– Мы можем предложить тебе для начала пять медных в день на руки. Ешь с катьонте. Работа с семи до десяти, потом личное время. Выходных нет. Только по отдельной просьбе за две недели до даты, – сказал мужчина. – Первые две недели работаешь бесплатно, раз нет рекомендаций.

Пять медных в день? За урок музыки в Орте она получала шесть, и он длился чуть дольше часа. За два вечера выступлений у Суро она получила восемь серебра! Они шутят или издеваются?

– Я бы хотела познакомиться с юной госпожой и попросить время на размышления, – сказала она вежливо и предельно мягко, стараясь, чтобы голос не дрожал от возмущения. – Это возможно?

Хозяева дома помолчали.

– У тебя есть время до завтра, – сказал мужчина, и в его голосе она слышала некоторое замешательство.

Аяна учтиво кивнула и спустилась по лестнице в сопровождении катьонте. Она вернулась к Иллире в некотором недоумении.

– Иллира, мне предложили пять медяков в день. Я попросила время на размышления. Хотя я размышляю в основном о том, всё ли в порядке с рассудком людей того хорошего дома.