Капойо

Кимат тянулся потрогать, и она отпустила его на пол.

– Это детская кровать Черилла. Озеф не выбрасывал и не продавал такие вещи. Матрас Садор набил заново, так что он мягкий и чистый. Тут борта, так что Кимо не выпадет, но он мальчик подвижный, прямо как... Бойкий, так что я подстелила вниз коврик. Думаю, он не будет падать. Она ему, конечно, большая, но для колыбели он сам слишком большой.

– Спасибо. Это первая его кроватка.

– Первая?

– Он родился в пути.

Она села на кровать. Кимат пытался залезть по очереди на все предметы мебели в комнате.

Верделл так и не увидел его. Увидит ли?..

Стамэ! Хватит. Надо что-то делать.

– Иллира, твой муж взял деньги в долг и выплачивает его постепенно. Может, мне тоже так сделать? Чем раньше мы начнём искать Верделла, тем быстрее его найдём.

Она старалась не думать о Лойке. О ней она узнает только в декабре.

– Ты женщина. Ссуду не дают тем, у кого нет имущества. Нам надо закладывать дом, но это гиблое дело. На Черилле долг за лавку. Вторую ссуду он не получит.

С ростовщиками связываться – губить себя.

– Я могу продать свои платья! За них дорого давали в Фадо! – осенило Аяну.

Иллира оживилась.

– Покажи!

Аяна выбежала во двор и вернулась со своими вещами.

– Вот.

Кафтан с птицами и голубой халат шелестели, опускаясь на грубое белое покрывало кровати.

– Ты вряд ли выручишь много за эти наряды.

– Почему?

– Тут не в ходу такой крой. У них нет пышных юбок. Рукава слишком широкие, ну, их-то можно заузить, но остальное... У нас не носят такое.

Ты можешь их продать, но дорого за них не дадут. И ты вряд ли найдёшь покупателей. Это красивый и дорогой материал, но их не переделать на наши фасоны.

Аяна села, сгребая наряды в охапку.

– Мне больше нечего продать. Иллира, мне нужна работа.

– Я постараюсь найти. Сюда заходит много народа, думаю, что-то да найдётся.

Стемнело. Аяна повесила на крюк красивый кованый фонарь со свечой.

– Ну что, Кимо, как тебе наш новый дом?

Кимат улыбался, запихнув пальцы в рот. Иллира узнала в нём Конду, которого видела больше трёх лет назад.

.. Нет, так не пойдёт. Нужно отложить мысли о нём, иначе он так и будет приходить к ней во сне и мучить, проходя рядом, но не касаясь, обдавая жаром своей кожи, но не давая прикоснуться к себе. Она изведёт себя этими мыслями за восемь месяцев.

Стало отчего-то очень душно. Она подошла к окну и открыла его. В просветах между облаками проглядывали звёзды. Нежные лисья папоротника на перилах лестницы загораживали часть из них.