Другой край мира

Как вас называют?

– Воло называл меня «кирья», а то слово, что ты сказал, я не понимаю.

Верделл вскочил, оправляя кожаную безрукавку и кланяясь.

– Прости меня, кирья, я, наверное, перепутал твоё имя. Мне показалось, ты сказала, что тебя зовут Аяна, и я подумал, что ты катьонте в этом доме. Я мало спал и ещё меньше пока тут понимаю. Никак не разберусь, кто есть кто.

– Всё правильно, меня зовут Аяна, но моё ласковое имя — Айи. Верделл, кто такие катьонте?

Верделл вытянул губы трубочкой и поднял брови, при этом разглядывая верхнюю застёжку на своей безрукавке и теребя пояс штанов.

– Верделл!

– Прости меня, кирья, но Конда настрого запретил нам говорить с тобой и с любой другой кирьей на эту тему.

Аяна сильно удивилась, услышав это, но потом подумала, что, возможно, ослышалась.

– Что? Конда запретил вам разговаривать с нами?

Верделл развел руками и пожал плечами.

– Ладно! – Аяна отчего-то сильно разозлилась. – Хорошо! На эту нельзя, давай поговорим на другую.

– Не-не-не, – он покачал головой, щелкая языком и подняв указательный палец. – На эту тоже нельзя.

– Я же ничего не успела сказать!

– Вообще-то, он запретил мне говорить с юными кирьями на любые темы. – Он покачал головой, и на лице читалось разочарование. – Прости.

– Но его тут нет, – подумав, сказала она. – А что, если я пообещаю тебе, что он не узнает об этом разговоре? И о том, что ты назвал меня... это... Катьонте?

Он искоса посмотрел на неё и отрицательно помотал головой.

– Не, – сказал он. – Не-не-не.

– А если...

– Ни в коем случае. Нет – значит нет.

Он выглядел вполне уверенным в своём решении слушаться Конду, и Аяна с сожалением подумала, что теперь, наверное, ничего не узнает об их традициях.

– А вот ты, кирья, можешь мне рассказывать что угодно, – вдруг сказал Верделл, вкрадчиво придвигаясь поближе, и Аяна с недоумением воззрилась на него, не понимая, к чему он клонит.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, например, кто такой этот Лойка и чем он так насолил всей округе.

Верделл явно был заинтересован в знакомстве с неуловимым забиякой и дебоширом, но Аяне внезапно расхотелось продолжать беседу.

– Раз ты не хочешь со мной говорить, то и я тебе ничего не скажу, – сказала она. – Я найду кого-то, кто ответит на мои вопросы.

– Как хочешь, – пожал плечами Верделл, – дело твоё. Только выбор у тебя небогатый.