Движ

Я, наверное, могла бы победить и захватить Эрика в плен, но голос вдруг говорит: «Нет, нам не одолеть пиратский флагман. Срочно прячемся на планете!». Тут, конечно, буфф!

Кирилл поднялся.

– Ты продолжай, продолжай.

– А ты? – спросила Кэт, цепляясь за его руку.

– Разогрею завтрак, – Кирилл открыл холодильник. – Мне уже скоро выходить, – виновато произнес он.

– А, тогда я быстренько в душ, хорошо? Не останусь же я здесь одна! У тебя ни сети, ни музона. А у меня – движ.

Сдвинув створку, девушка юркнула в туалет. Зашумела вода.

Кирилл кивнул самому себе. Конечно. У каждого свой движ. Он достал две упаковки гуляша, с некоторой досадой обнаружив, что всего упаковок осталось три. Из них мясных, понятно, одна. Значит, надо идти на склад. Не сегодня, так завтра. Вздохнув, он прижал активаторы разогрева. Потом выловил в тумбочке запаянные в целлофан хлебцы.

– Ух, хорошо! – выскочила из душа Кэт.

Она была голая, мокрая, веселая. Капая и вытираясь ладонями, она подскочила к столу. Прищурила глаз на сосредоточенного Кирилла.

– Что дают?

– Гуляш.

– Ага! – Девушка села на стул. – Я с ночи такая голодная!

Она потянула к себе одну из упаковок, одновременно сунув в рот хлебец.

– Погоди, – сказал Кирилл, отсчитывая про себя секунды. – Еще чуть-чуть, – он прихватил Кэт за пальцы, стиснувшие ярлычок. – Все, можно.

– Пф-ф! – сказала Кэт с набитым ртом. – Я могу и полуразогретое. Я – всеядное существо.

– Лучше все же горячее.

Девушка наклонила голову, изучая парня.

– Это что, типа, забота?

– Нельзя? – спросил Кирилл.

– Несовременно.

– Не знаю.

– Так знай, – сказала Кэт, принюхиваясь к гуляшу. – Все эти отношения, романтика, обязательства – это все не для меня. Это не движ. Тухляк. Нам гуру говорил, что любые привязанности обязательно становятся препятствием на пути к обретению радости и себя. У нас с тобой было?

– Было, – подтвердил Кирилл.

– Ну и все!

Какое-то время ели молча. Кэт бухала ложкой, будто пыталась пробиться сквозь пластик столешницы. Казалось, она раздражена. Зеленые волосы подрагивали, глаза смотрели в гуляш.

– А что видеорама? – спросил Кирилл.

Он два или три раза зачерпнул из своего лотка и больше не захотел, смотрел на девушку, на тень от макияжа, оставшуюся у переносицы, на губы, на ухо, в котором засело серебряное колечко.

– А, да, видеорама! – оживилась Кэт. – Слушай, неплохие у вас пайки. Я бы тоже с удовольствием такие лопала. Не каждый день, конечно, но время от времени.

– Я дам тебе один с собой, – сказал Кирилл.