Единственная для принца. Книга 1

– Ты прямо заботливая мать.

Дамиан только покачал головой и вздохнул:

– Боюсь, он сам ночь спать не будет и другим не даст.

– Ты преувеличиваешь, дружище. Самое большее – будет полночи ворочаться в постели без сна. Могу поспорить, – и хитро глянул на принца.

Тот хмыкнул и отказался:

– С тобой спорить – без штанов остаться.

Зорий хохотнул. Он мог просчитывать не только результаты азартных игр, но поступки более-менее знакомых людей.

Это качество было бесценно. Абсолютно все безмагики, дожившие до такого возраста отличались кроме великолепных аналитических способностей ещё и интуицией, и даже некоторые эмпатией.

У Зория последнего не было, но это с торицей возмещалось первыми двумя.

Именно поэтому Дамиан поделился с ним и кое чем, что беспокоило его – о разговоре с ректором Королевской Академии Магии профессором Такэрой Яцумирой. Принц посетовал на несвоевременность преобразований и о нежелании госпожи ректора самой заниматься этим вопросом. Но Суземский неожиданно поддержал Яцумиру.

– Это затраты, Дамиан.

И ответственность. Ей достаточно и того, и другого в постоянном течении дел, а если разделять Академию, здесь целый штат персонала нужен…

– И что же ты предлагаешь? – резче, чем хотелось, спросил Дамиан. В душе кольнуло разочарование – он ожидал поддержки со стороны своего советника, которому предстояло стать его правой рукой после того, как он займет трон. – Не министерство же создавать под такую задачу!

Зорий хмыкнул.

– Для министерства задачка мелковата. Но с такой огромной задачей случайная кучка людей не справится, друг мой.

Здесь нужны умные, обученные люди, которые хорошо работают вместе и поодиночке.

Принц наставительно направил указательный палец в грудь Суземскому:

– Вот возьми тогда и создай такую службу. Понятно?

Зорий смотрел на Дамиана, но взгляд вдруг скользнул куда-то вглубь, стал отсутсвующим, невидящим – он был где-то в другом месте.

– Зорий! – принц настойчиво позвал его.

– Да, мой реджи, – вышел из задумчивости и улыбнулся советник.

– Я создам. Я кое-что создам, а ты согласишься и примешь это без всякого сопротивления!

Реджи подозрительно глянул на Суземского. На лице у того было такое выражение, за которое хотелось избить. В юности Дамиан так и поступил однажды, не выдержав этой наглости, этого вызова во взгляде простолюдина. Но тот раз был единственным, и больше такой несдержанности принц себе не позволял – приятель навалял ему от души, не считаясь со статусом и регалиями.