Единственная для принца. Книга 1

– Благодарю, – склонил голову в коротком поклоне так и не поднявшийся из-за стола секретарь. И тут же вновь уткнулся в свои бумаги.

Лали возмущенно захлопала ресницами.

– А мой вопрос?

Опрельский вновь поднял на неё взгляд, уже явно демонстрируя свое недовольство тем, что его отвлекают от работы.

– Что ваш вопрос?

– Ответьте на мой вопрос!

– Но я же сказал, что могу сообщить, только то, что знаю.

– Ну так сообщайте!

Лали едва сдерживалась. Пальцы сжимались, желая схватить что-нибудь тяжелое и ударить этого противного человека.

– Не могу.

– Почему? – ноздри Лали стали опасно раздуваться.

– Я не знаю.

– Чего вы не знаете?

– Я не знаю, когда вернется принц.

– А зачем вы тогда потребовали плату в виде информации?!

– Я потребовал?

– Да, вы! – от яростного крика Лали удерживало лишь присутствие двух гвардейцев, стоящих по ту сторону дверей. Поэтому все свое бурное негодование она вложила в слова, выразительно их прошипев.

– Вы неправильно меня поняли.

– Но вы же сказали «но»! Вы сказали «но» или нет?!

– Я сказал «но», – вежливым кивнул секретарь.

– Что же означало ваше «но», если я его неправильно поняла?

– Я имел в виду, что могу сообщить, только то, что знаю, но когда прибудет его величие, я не знаю. Вот и все.

Прозрачные голубые глаза Марка были настолько честными и искренними, насколько честными и искренними были умильные рожицы самой Лали несколькими минутами ранее. По крайней мере, секретарь вовсю старался точно соответствовать собеседнице.

Лали стояла, часто дыша от злости и сжимая кулаки, но найти нужных слов не могла, чтобы достойно выйти из этой ситуации, указать секретарю его место. Сузившимися глазами она смотрела на Марка несколько мгновений, а затем еле выговорила:

– И какую же информацию я могу получить от вас в обмен на ту, что дала вам?

Марк скептически дернул одной бровью, всем видом говоря, что её информация и гроша ломаного не стоила.

– Вернется принц через ту же дверь, через которую вышел. – И ещё раз поклонился, давая понять, что разговор закончен. – Всего доброго.

Рот у Лали превратился от ярости в точку, а сжатые в кулаки кисти просто онемели от напряжения. Она крутанулась на месте и рванула из приемной, позабыв об этикете. Лишь промчавшись по коридору несколько шагов, опомнилась и сбавила скорость.

В душе кипела ярость.