Илинн

Одним сильным движением он быстро сгреб меня в охапку. Я вывернулась и пустилась наутёк, но он ловко нагнал меня у края поляны и прижал к широкому стволу сосны.

Дальнейшее я помнила смутно. Жаркие руки жадно шарили по телу. Сначала они до боли сжали грудь, а потом грубо начали поднимать юбку моего старого шерстяного платья. Я чувствовала касания губ, которые требовательно прижимались то к глазам, то к сомкнутым губам, жадно требуя поцелуя. На миг наши зубы, клацнув, встретились. Шершавая кора дерева больно царапала мне спину в такт хриплому дыханию и движениям мужского тела.

Я попытался сначала оказать слабое сопротивление, но всеми мои жалкие попытки были тут же властно подавлены. Окончательно обессилев и утратив остатки душевных и физических сил, мне ничего не оставалось, как покориться насильным ласкам.

Я безразлично смотрела через плечо мужчины, который прижимался ко мне всем своим телом, и вдруг заметила, что на соседнее дерево приземлилась крошечная птичка малиновка. Посидев несколько минут, она склюнула какие-то невидимые пылинки с ветки и взмыла в воздух.

Раз-два, раз-два — закачалась ветка, повторяя грубые ритмичные движения того, кто совсем недавно был мне очень дорог. Раз-два...

Со стороны костра снова пахнуло едким дымом, и из моих глаз вдруг бурным потоком полились неудержимые слёзы. Словно талые весенние ручьи, они бежали по холодным щекам и шее, а потом падали куда-то за воротник.

Неожиданно господин остановился и замер. Вглядевшись в мое жалкое и зареванное лицо, он тихо выругался, потом в бессильной злобе ударил кулаком о ствол дерева где-то у меня над головой.

Поправив одежду, резко отстранился от меня, быстрым шагом прошёл через всю поляну и отвязал своего коня от дерева. Через минуту послышался удаляющейся топот копыт. Он уехал. Снова оставил одну.

— О да! Он позаботится о тебе! — вдруг прозвучал в голове маленький противный голосок.

— Твоя доля теперь преданно ждать его здесь, сидя в своей лачуге. Ждать и надеяться, когда он найдёт на тебя время, — насмешливо вторил ему ещё кто-то.

— Когда же оно у него только появится между важными делами и его новоиспечённой супругой? Кто же, кто же она? Ах да. Первая красавица Королевства.

В ушах зазвенели хрустальные колокольчики. Я зажала голову руками с обеих сторон и обессилено осела на землю на ватных ногах. Всю жизнь я подвергалась лишениям. Я замерзала зимой от лютого холода, в отчаянии мечтая о засохшей корке хлеба. Меня гнали и травили собаками.