Пламя и сталь

Признай парня какой-нибудь заурядный огненный дракон, у Ройса было бы куда меньше вопросов. Да, невероятно, но всё когда-нибудь происходит в первый раз.

Однако с Гаррахам было иначе. Мало того, что этот дракон по силе соответствовал двум-трём обычным, такон ещё был и самым древним. Даже сами этерийские всадницы не знали, сколько ему лет и что может этот дракон.

В архивах, добытых при штурме столицы Этерии, также не содержалось особых сведений. Какие-то общее описание: магия, сила… всё не то. У таких древних драконов должны быть особые способности.

Но то ли всадницы сами их не знали, то ли решили просто не записывать…

С другой стороны – даже если дракон очень силён, справиться с ним можно. Справиться можно было с любым драконом, что прекрасно показали те самые прежние. От могущественных некогда драконьих родов сейчас осталась лишь горстка чудовищ.

- Он мне нужен, - принял решение Ройс. – Пусть доставит парня ко мне.

- Его сразу хватятся, - возразил Марк. – Он практически всё время на виду, так что быстро на неё выйдут.

Сообразят, с кем он был и куда делся, так что вместе с ним придётся и ей уйти. Она и так однажды едва не попалась.

- Нет, такой вариант не годится, - подумав, отверг предложение Ройс. – Она должна быть в Башнях, когда всё начнётся. А что с прислужницами?

- Среди них никого нет, - поморщился паладин. – Она пыталась перетянуть кое-кого на свою сторону, но те не согласились. Дальше действовать было слишком рискованно. Ей и так пришлось нескольких вниз сбросить, чтобы не сболтнули лишнего.

А недавно одна из девчонок сама спрыгнула. Если подстроить ещё одну смерть, остальные точно обеспокоятся.

- Да, с ритуалом выбора прислужниц ловко придумано, - признал Ройс. – Когда-то в Этерии всадницы умели думать наперёд. Так что же, в Башнях к нему никак не подобраться?

- Никак, - кивнул паладин. – Но есть шансы похитить мальчишку из дворца. Ему на днях дали титул, теперь ходит к Айвенделам, учится быть аристократом.

Выслушав рассказ Марка, он только и мог, что покачать головой.

Даже в такой момент этерийские аристократы думали не о стране, а о собственных интересах. Даже канцлер Милион, уму которого Ройс отдавал должное, признавая серьёзным противником.

Мотивы канцлера ему были понятны: привязать к себе парня, а затем использовать как рычаг давления на остальные Великие Дома. Последнее время дела у Айвенделов шли не очень хорошо – понять это можно было без всяких шпионов.