Пламя и сталь

Вообще-то надевать медальоны на себя было не обязательно, но некоторые любили показать, что принадлежат к благородному сословию. Ещё подобные медальоны требовались для прохода в закрытые части замка. Мне ожидаемо достался самый обыкновенный, баронетский.

- А этот зачем? - указал я на второй, назначение которого не знал.

- Этот тоже ваш, - сказал канцлер. – Его носят служащие моего министерства.

- Я поступаю к вам на службу? – изумился я. – Но ведь мне нужно заниматься с драконом.

- Не волнуйтесь, дракон от вас никуда не улетит, - сказал герцог Милион.

– Приходить ко мне вы будете всего пару раз в неделю.

- Разве меня не нужно спрятать? – продолжил я расспросы. – Если я буду у вас работать, кто-нибудь про меня обязательно прознает.

- Вас как раз спрятать не сложно, но вот дракона не очень-то и спрячешь. Уж больно он большой, - улыбнулся мужчина

- А причём тут Гаррах? – не понял я.

- Скажите, вы сейчас часто летаете на драконе? – внезапно спросил канцлер.

- Не очень, - осторожно ответил на это я.

Признаваться, что на драконе я вовсе не летаю, не хотелось. – Больше с оружием учусь.

- Вот поэтому о вас до сих пор и не узнали, - сказал канцлер, не подозревая, что о мне не просто узнали, но уже и убить пытались. – Как только вы начнёте часто летать на драконе, о вас тут же станет известно.

- Но почему? – всё никак не мог понять я. – Ведь на мне будет доспех, а летать можно и ночью. Никто не увидит.

- Вас-то не увидят, а вот дракона будет видно издалека. Даже если вы будете летать ночью, без седла и укрывшись, о вас прознают.

Может быть через месяц, через два, через три, но необычное поведение дракона заметят. Вас ведь признал Гаррах?

- Да, он, - кивнул я.

- Я не очень разбираюсь в драконах, - признался канцлер. – Так что подскажите – часто ли ваш дракон летал сам по себе?

- Редко, - начала вспоминать я. – Он ведь очень старый, ему частые полёты не нужны. Может, раз в три месяца или даже раз в четыре.

По рассказам Мирры выходило, что Гаррах большой домосед.

То ли в силу характера, то ли дракон и правда был старым и уже не мог летать, как в молодости. Сколько могут прожить драконы, никто не знал, но они точно не были бессмертными: черноруки иногда находили их скелеты без каких-либо повреждений, а несколько раз всадницы наталкивались на целые драконьи кладбища в местах, где когда-то жили чудовища.

Может из-за возраста мой дракон и не стремился вылезать из своей башни, сидя там целыми днями, как сыч в дупле.