Белый китель, белое платье

А теперь мы пришли сюда, чтобы показать свои намерения, и раджа Шаламит VI узнал о них. Узнал и просит мира, – король нетерпеливо сбросил с плеча полу плаща. – Но мир – хрупкая и непостоянная вещь. Кто знает, каким раджа видит этот мир? Я же… – он погладил коня по шее и, вздохнув, продолжил: – Я же вижу, что мир достанется всем тяжёлым способом и многим придётся нам пожертвовать. Но пусть мир этот будет долгий, пусть внуки и правнуки не знают, что такое война, пусть рассказы о ней перестанут вызывать страх и слёзы.

Солдаты солидарно закивали головами. Король, вынув из ножен меч, поднял его над головой. Блестящее лезвие сверкнуло лучом восходящего солнца, словно небесным знамением. В глубине улиц прошёлся восторженный шёпот зальменцев, с интересом глядящих на площадь.

- Мы немедленно выступаем. Да будет с нами Бог! – с придыханием закончил король, осторожно ведя коня сквозь ряды.

- Да здравствует король! – голосили солдаты и, развернувшись, шли за ним.

В унисон стучали сердца, топот сапог и копыт вторил им, и казалось, вереница солдатских кителей есть огромная артерия, качающая кровь и не дающая организму погибнуть.

Деменийцы покинули город, направляясь в соседний для ожидания ответа раджи. Жители высыпали на площадь, где только что были сотни и тысячи солдат, громогласно кричавшие о чём-то, и увлечённо обсуждали увиденное.

Но никто не говорил, что король ненастоящий.

Глава 17

Уже на въезде в соседний город великую армию Демении встретил посол раджи. Голос его выказывал самое неудовольствие от выполнения поручения, но мужчина пытался скрыть его улыбками и низкими поклонами.

- Встретиться с Вами – честь для меня, – с придыханием сказал он, кланяясь и глядя королю в глаза.

Шаламит принимал выдвинутые вражеской стороной условия и уже ждал свиту короля в двух днях езды от нового города. Однако солдат не поторопили, а наоборот: был отдан приказ располагаться и отдыхать. Мортэус, молча храня военную тайну, с грустью наблюдал за усердием офицера фон Голля, который помогал рядовым обустраиваться, но не мог ничем помочь ему. Когда новый штаб был оборудован, короля незамедлительно пригласили внутрь.