Хранительница дракона

— И без тебя знаю, что паршиво получилось…

— Отнесешь, охотно верю, — Грассом кивнул. Потом прищурился: — Только ты хотя бы понимаешь, что, с твоих же слов, тебя видели два мужика из ее деревни? Ты на их глазах обратился и утащил девчонку. Видел я таких деревенских. После того, как ты ее вернешь, есть вероятность, что в ее деревне ей жизни не дадут. Какая-то чешуйчатая тварь попользовала молодую девчонку! А если у нее жених?

— С каких пор ты стал беспокоиться о благополучии людей? — уточнил Рагнар грубо. Его крылья в недовольстве дернулись, и дракон поморщился.

Все же наложенные швы давали о себе знать, но и ярость куда-то деть хотелось.

— Мне плевать на людей, — лениво отозвался Грассом. — Просто хочу, чтобы тебя замучила совесть.

Рагнар на это лишь закатил глаза и, отставив наконец пустую плошку на пол, подмял под себя подушку. Грассом неопределенно вильнул хвостом и прикрыл глаза — спать не собирался, но и уходить совсем не хотелось.

Они погрузились в молчание. Грассом задумался о каких-то своих делах, в которые с некоторых пор перестал посвящать кузена, а сам Рагнар задумался о том, что теперь делать с Эрикой.

Он прекрасно понимал всю глупость и ужасность — особенно с точки зрения девушки — своего поступка, однако, как бы ни хотел, прямо сейчас исправить его не мог. Он, конечно, дракон и отчасти маг, но далеко не всесилен.

Тем более Грассом прав. Рагнар похитил деревенскую девчонку, совершенно ничего о ней не зная. И он, конечно, обещает вернуть ее домой чуть позже, но, Кайтэ, а если это происшествие и правда сломает ей жизнь? Если у нее есть жених и после возвращения домой в родной и ближайших деревнях она не сможет найти для себя семью? Если ее будут презирать и держаться от нее подальше?

Виноват в этом будет исключительно Рагнар и его неконтролируемые инстинкты защиты.

Все же сотни лет жизни в отдалении от людей не идут на пользу… Если бы он все это время жил в обществе, инстинкты были бы не так сильны и вредны окружающим.

Через некоторое время их молчания тишину вдруг прервал тихий, приглушенный стеной всхлип.

Рагнар встрепенулся и прислушался, приподнявшись на локтях. Почти сразу всхлип повторился.

— Плачет, — поджал губы дракон, чувствуя, как в груди сжимается пружина вины. Недовольно повел плечами и покосился на совершенно не шелохнувшегося Грассома.

— Конечно, плачет, — отозвался он. — А ты чего хотел?

Рагнар тяжело вздохнул. Всхлипы повторялись, и от этого дракона передергивало.