Хранительница дракона

Грассом ухмыльнулся и легким движением помог Эрике слезть с лошади. Девушка даже не пыталась сопротивляться, тут же сосредотачиваясь на ощущениях: ноги подкашивались, все тело дрожало от шока и неверия в происходящее, а потому было важно… ну хотя бы не сорваться сейчас прочь из деревни и заставить себя попытаться улыбнуться.

— Да, кстати, — демон, впрочем, не позволил сразу Эрике отойти. Перехватил ее за плечо, наклонился ближе и ткнул пальцев в висящий на груди кулон — оберег Рагнара. — Золотце, эту штуку я бы на твоем месте снял.

Грассом заглянул девушке в глаза и ухмыльнулся — насмешливо, но не зло, совсем как когда общался с Рагнаром в горах. Эрика сжала в руке кулон, поджала губы и едва удержала себя от того, чтобы прямо сейчас не влепить своему «спасителю» пощечину. Отступив, она тут же оказалась в объятиях какой-то девушки — Эрике понадобилось пара секунд, чтобы вспомнить, что перед ней подруга детства, Ребекка. Она что-то лепетала, прижимая Эрику к себе и утягивая за собой в толпу.

Тут же Эрика ощутила, что как будто перестала существовать. Поняла, что вокруг слишком громко, слишком многолюдно, слишком неприятно. Но вырваться ей сейчас не дадут, не отпустят. Придется терпеть.

За спиной раздался смех Грассома, и Эрика резко обернулась, внимательно прислушалась. Как оказалось, смеялся демо не над ней — над вопросом, который задал кто-то из деревенских мужиков. Краем уха, уже отворачиваясь назад, к матери, к которой ее потащила Ребекка, Эрика услышала слова Грассома:

— Да, можно сказать, что спас ваше красавицу от дракона.

Грассом засмеялся громче, а затем его голос затих, сменился удаляющимся топотом копыт лошади. Эрика зажмурилась, опуская, но оборачиваться и смотреть вслед не стала. Внутри лесным пожаром разгорелась злость и, кажется, ненависть. Они обжигали легкие, так что мгновенно стало нечем дышать, и когда Ребекка наконец вытолкала Эрику из толпы в объятия матери, девушка отчаянно всхлипнула и тут же свалилась на плечо уже тоже рыдающей Астрид.

Наверное, Эрика должна была радоваться, что ее искали и ждали. Наверное, ей нужно было выбросить из головы Рагнара и его проблемы и заставить себя быть здесь и сейчас — с близкими, которые места себе не находили, пока понятия не имели, что с ней и где она.