Моя любовь в саду рубиновых роз

– Что ты натворил?

- Они по твою душу пришли! – взревел Михаил. – Они все знают, о том кто ты, я лишь хотел помочь. Я не знал, что они все спланировали.

Лицо парня обрело яростную гримасу, он занес руку и ударил по стволу так сильно, что кора дерева превратилась в стружку под натиском его кулака.

- Что?! Почему ты не сказал раньше?

- Я собирался, но ты не слушала. Глупая ведьма, они убьют тебя. Пожалуйста, Агата, убегай.

Он все также недвижно стоял подле дерева, не в силах больше идти, и, прикоснувшись к ее щеке, нежно запустил пальцы в мокрые волосы.

- Дурень, уходи, я сильная и ты это знаешь, — она откинула его руки и была готова воззвать к магии, но Мика остановил её.

- Если ты нарушишь правила этого леса, грядет война, а мой бунт никак на этом не отобразится, — начал Михаил, тяжело дыша. – Ты единственная кто верил в меня, и спас мою матушку, позволь отплатить тебе тем же, уходи, молю, — его губы коснулись влажного от дождя лба девушки.

Он тихонько вытащил из кармана небольшой сверток, в котором был кинжал, с большим красным рубином, и занес его над своей грудью, оттолкнув Агату.

- Михаил, не смей!– воскликнула девушка, пытаясь перехватить оружие.

Одним резким движением кинжал оказался прямо в сердце юноши, и волшебный камень засветился, пока тот, корчась в агонии от боли сползал по шершавой коре позади стоящего дуба, оставляя на спине царапины.

- Что ты натворил, дурень? Зачем? Почему? - упав подле него на колени, Агата пыталась исправить все как можно скорее, чтобы ее друг не стал монстром.

- Не смей! Уходи. Не заставляй меня считать, что я сделал это напрасно. И не используй силу, ты дашь им шанс, к которому они еще не готовы, — он протянул к ней окровавленную руку и коснулся щеки, оставляя на бледном лице, кровавый след. – Я люблю тебя, мы еще обязательно встретимся, я обещаю тебе.

Девушка не раз видела смерть тех, кто был ей дорог. Ей приходилось убегать, уходить, оставляя друзей, чтобы спасти куда больше жизней, но это было так давно. Агата жила в ужасе, её мучили кошмары, порой она не могла есть, спать, жить из-за чувства вины, что с годами лишь росло.

Голоса стали громче и четче, вой зверей мурашками проносился по телу, заставляя содрогаться все больше и больше с каждым мигом.