Открытый финал не подходит

Может, проверить? Ерунда такая получается. Кажется, по драматизму Ваня решил переплюнуть Ренриха.

– Ясно, – ответила я, наконец.

Ваня стушевался и начал суетиться. Вспомнил о каких-то важных делах и сбежал. На столе осталась кружка с чаем, который он не допил. Я задумчиво взялась двумя пальцами за фарфоровую ручку. На боку кружки был нарисован улыбающийся кот, оптимистично обещая: «Жизнь наладится!»

Я пошла к окну и вылила оставшийся чай в горшок с кактусом.

– Будешь Ваней, – сообщила колючему. Кактусово мнение по поводу внезапных жизненных перемен меня не интересовало.

***

В хижине пахло хвоей и свежеприготовленной едой.

Ренрих стоял у плиты. Свитер свой он снял, оставшись в рубашке. Зато повязал фартук. Черно-белый, с широкой оборкой в горошек. На плите стояла чугунная сковорода, на которой жарилась картошка. Возле плиты на столешнице виднелась горка мелко нашинкованного лука и блестящее мытой скорлупой яйцо. Ренрих взял лопатку и помешал содержимое сковороды…

Я остановилась на пороге кухни, прислонившись плечом к косяку, разглядывая творящееся безобразие.

А в прошлый раз говорил: твое, не притронусь. Голод, конечно, не тетка. Но фартук – явный перебор.

Ренрих, собрал лук в ладони, высыпал на золотистые кубики картофеля, посолил, поперчил… от души так, половину банки вытряхнул, не меньше. Может, это он покушение готовит? На одного автора, который два дня в хижине не появлялся…

Дымокот приветственно сверкнул глазом с подоконника. Встречать меня он не вышел. Вроде как наблюдал за процессом готовки и не мог оставить пост.

Вдруг Ренрих и правда что-нибудь замыслил!

Ренрих разбил яйцо в миску, туда же налил молока.

– Так и будешь у двери топтаться? – спросил он, не оборачиваясь.

– Э… ну, я… – всерьез задумалась я над своими планами. Ренрих, наконец, оглянулся. Взгляд у него был совсем другой. Уверенности, что ли, прибавилось. Хотя филин все так же сидел заснеженным комком на заборе.

– А что, собственно, происходит? – уточнила я, подходя ближе.

– Вилку дай, – вместо ответа подбросил интригу Ренрих.

Я достала из выдвижного шкафа вилку, протянула ее мужчине. Он благодарно что-то угукнул в ответ. Потом принялся методично взбивать яйцо с молоком. Еще поперчил, залил картошку. Мой желудок нервно высказался в том смысле, что пахнет-то вкусно, но как этот перец с картошкой переваривать?

– Жарочный шкаф, – сказали мне.

– Чего? – я не сразу поняла, что он имеет ввиду духовку.

– Открывай, – Ренрих подхватил сковороду прихваткой за край.