Вольные маги

Дальше время, будто поняв, что замешкалось, понеслось ураганом. Я успела лишь подумать: «Нет!!!», а вслед за этим оказалась под перевёрнутым столом. Эстэриол, накрыв меня щитом, отражал атаки троих магов на Вортама. Ему было не справиться одному, но бросить чёрного гада мы не могли.

– Наших бьют!!! – заорал Тимар и бросился на помощь Эстэриолу, видя, что тот пытается защитить одновременно и меня и бросившего заклятье мага.

Простые немагические народичи инстинктивно позабивались в углы и под столы, спасая свои жизни, а члены Ордена как один встали против троицы, связавшейся с айвером.

Их атаковали связывающими и парализующими заклятьями, параллельно отражая встречные, далеко не такие гуманные удары и защищая самых неопытных. Вот что значит братство магов!

Сквозь ту самую щель в столешнице я увидела, как Тимар подскочил к Эсту и крикнул: «Забирайте своего чёрного и валите отсюда! Мы разберёмся!».

Эстэриол под прикрытием щитов остальных магов кое-как долез через горы разбросанной мебели к углу под лестницей, вытащил оттуда Вортама, взвалил его на плечи, чуть не свалившись сам, и полез к выходу.

«Аябэль! Выходим!» – донёсся до меня его ментальный зов. Я выкарабкалась, обдирая колени о щепки и выдирая волосы, которые вместе со столом зажал какой-то насмерть перепуганный мужик. Выбегая за двери, я успела увидеть, оглянувшись, что двоих магов наши повязали, а третий всё ещё сопротивлялся, прикрывая активирующего амулет перехода мужика.

– Ниамо!!! – срывая голос, запищала я.

– Ниамо! – раздался клич Эстэриола за моей спиной.

Конь подскочил к нам, сбив на ходу одну из жердей от навеса коновязи. Эстэриол взвалил на него тело Вортама, забросил в седло меня, будто я маленький невесомый ребёнок, и со всей дури хлопнул по белому заду. Конь сорвался с места, унося нас в темноту.

– ЭСТ!!! – завопила я, вцепившись мёртвой хваткой в седло.

В быстро удаляющемся маячке света я увидела, как фигуру моего возлюбленного подхватила какая-то призрачная тень и понесла вслед за нами. Не в силах больше думать от перенесённых потрясений, я громко и надрывно заплакала, ухватив тело Вортама одной рукой, чтобы тот не свалился, а второй всё так же держась за седло.

Сколько мы так неслись во тьме я не знаю. Иногда по спине хлестали ветки, иногда ноги до крови обдирали кусты, иногда в ушах свистел ветер полей. Когда я решилась поднять лицо, я увидела, что Эстэриол нагнал нас, а под ним клубилась какая-то неясная тень, будто наш Ниамо, но призрак.

– Эст! – жалобно пропищала я.