Стихия – Тьма

Хоть это и отнимало драгоценное время дневных переходов, но Сильваер совсем не был против ее новой идеи.

Путники шли на запад больше трех месяцев, а теперь резко поменяли направление, свернув на юго-восток. Девушка потеряла счет дням, она бежала и думала только о своем дыхании. Весь мир сузился до двух простых и естественных вещей: дышать и переставлять ноги. Через некоторое время она могла идти рядом с козерогом несколько часов без отдыха и остановок. Позже ее успехи стали более очевидны: Вероника смогла приумножить свои достижения вдвое, а потом и втрое.

Девушка бежала, прихватив рукой серебристую прядь из гривы, и чем больше она двигалась, тем увереннее и сильнее чувствовала себя. И все больше убеждалась в том, что сможет бежать так далеко и быстро, как захочет сама, и тело не подведет ее. Но с этой уверенностью пришло и осознание полнейшей беспомощности перед лицом настоящей угрозы, от которой нельзя бежать вечно. Жизнь Вероники до сих пор зависела от силы и скорости козерога, только на него она могла надеяться.

II Ветер, камень и смерть

Ventus, lapidem et mortem

Сильваер глядел вдаль, на чернеющие впереди очертания крыш, колоколен и шпилей, прорезающих серое предрассветное небо.

Они шли так долго, стараясь быть незаметными, словно тени, вдалеке от ледяных и тяжелых взглядов, а теперь снова лезут в это страшное место. Называть ловушку из кирпича и бетона городом язык не поворачивался. Да и козерог казался обеспокоенным, хоть и не стал сворачивать перед холодными неприветливыми громадами.

Вероника не смогла бы сказать наверняка, по каким признакам она пыталась угадывать настроение своего удивительного спутника, но за последние несколько дней они не обмолвились друг с другом и парой слов, а это, по мнению девушки, могло значить лишь одно – Сильваер что-то знал, но не хотел говорить, чтобы не напугать ее.

Девушка встала рядом с козерогом, стараясь выглядеть спокойной, но вряд ли у нее это хорошо получалось, Вероника никогда не умела притворяться.

– Что тебя волнует?

Сильваер совсем по-человечески вздохнул:

– Там, где мы проходили, земля просыпается, это происходит тихо и незаметно, но тот, кто смотрит, может увидеть это.

Козерог замолчал на секунду, словно бы раздумывая над чем-то, но потом продолжал:

– Что-то надвигается, и быстро. У нас нет времени обходить этот город. Я вижу, что ты не согласна, но сейчас придется поступиться своими правилами и принять мою помощь. Садись, дальше я понесу тебя сам.

Девушка безропотно повиновалась.