Стихия – Тьма

Она видела одно, а нафантазировала совершенно другое, то, во что ей хотелось поверить. Как же она ошибалась! Сказочное спасение обернулось проклятьем. Что ей теперь делать?

Девушка перевернулась с боку на бок. И к чему ей это странное, почти осязаемое чувство, живое, теплое, порхающее внутри? Будто в детстве, когда она неслась с горы на санках или качалась на качелях. Она была безоговорочно счастливой, настолько, что, казалось, могла объять весь мир. Как давно она не испытывала подобное счастье и восторг, когда мгновениями ей казалось – возможно все!

Детство закончилось, когда погиб отец.

Тяжкий, непосильный груз взрослых проблем свалился на неё. И она забыла… Почему сейчас в беспросветной темноте и страхе это чувство возвращается? Вероника ощущала, как разгоревшийся внутри жаркий огонек греет и волнует ее. Откуда он взялся и почему не отпускает? Как она глупа, если думает об этом сейчас! Упрямая, ей все еще трудно поверить… Даже если Ферро жив, для нее это может означать только одно: Сильваер говорит правду, а вот она ошиблась. И как ошиблась!

Девушка вертела в руках перстень. После тяжелого разговора с козерогом она долго сидела на берегу озера, роняя слезы в темную глубину, готовая забросить злосчастный подарок подальше и, может быть, броситься следом? Но так и не решилась ни на то, ни на другое.

Зачем она ушла? Зачем ей понадобилась вся эта правда? Или очередная ложь? Она могла сейчас спать в своей кровати, в тепле и безопасности, мучимая лишь угрызениями совести. Со временем и это бы прошло.

Ведь в конечном итоге она свыклась бы с неизбежным.

Вероника уверилась бы в тщетности любых попыток помочь своим родным, но сейчас ей, кажется, представился шанс. Маленький, но все же шанс, и выглядел он как гордый серебряный зверь – Сильваер, которого девушка не всегда могла понять, но отыскала, несмотря ни на что!

Она подняла с земли камень и со всей силы швырнула в воду. Чистая сверкающая гладь озера взволновалась, по ней поплыли круги. Так странно – девушка не видела ни летающих над озером стрекоз, ни мошкары, не слышала привычного комариного писка в пустом замершем лесу.

Плеск воды оказался единственным живым звуком за многие часы, проведенные в этом странном месте.

Тяжело вздохнув, Вероника повесила перстень на цепочку вместе со своим крестиком, который никогда не снимала. Это был подарок отца. Мама бы ужаснулась… Дочь и сама понимала, что поступает плохо, вешая их вместе. Но вот что странно: она не испытывала никаких угрызений по этому поводу.