Саламандра

— Девушки любят говорить на первом свидании, что едят, как птички, но задумываются ли они при этом, что за день эти самые птички съедают пищи едва ли не больше собственного веса? — задумчиво произнёс Дже Ру вполголоса, дождавшись, пока гостья расправится с десертом.

— Это не свидание, и вы сами меня пригласили! — парировала Лиз, отставляя в сторону опустевшую креманку.

— Ты.

— Что, простите?

— Не вы. Ты. Церемонии оставь людям. Я в показной вежливости не нуждаюсь.

— Это не вежливость, а дистанция.

— Тем более.

Секунду назад Дже Ру сидел напротив неё за обеденным столом, а сейчас он уже стоит за спиной Лиз, положив руки ей на плечи. И от этого лёгкого касания веет холодом ледяных оков. А от шёпота на ухо — жаром:

— Лиззи-Лотта, я тебе не кто-то. И если я сказал что-то сделать, благоразумнее будет послушаться, не задавая лишних вопросов. Время на раздумья вышло, пора принимать решение. А не дурить, как твоя мать в юности.

— Что?!

— Что слышала. Или ты думаешь, Миш Ри первым положил глаз на вашу семейку?

— Но почему я, когда уже есть Хеллфайр? Зачем тебе вообще нужны саламандры? — пискнула Лиз, пытаясь отстраниться и успокоиться: сердце вновь бешено забилась, не то от слов, не то от близости сильного, горячего и опасного… чужака.

— За ответы на важные вопросы принято платить. Ты готова?

Лиз кивнула, не доверяя голосу.

Хватка Дже Ру ослабла, позволяя вдохнуть свободнее. Он отодвинул стул девушки, выпуская её из-за стола, и проводил к низкому дивану, напротив которого стояло деревянное кресло необычной округлой формы.

Усадив Лиз указав на диван, аггел занял место в кресле и, чуть наклонившись вперёд, потребовал:

— Покажи мне свой ключ. Прямо сейчас.

Девушка медленно потянула за шнурок, не зная, правильно ли поступает. Но медальон, хоть и молчал, но оставался тёплым. Значит, не возражает, иначе бы сразу обжёг холодом. Смущало то, что диван слишком низкий и мягкий, так просто не вскочишь, а Дже Ру оказался слишком близко, почти соприкасаясь с ней коленями.

— Секунду, — двойной хлопок ладонями, и свет в помещении погас. Кромешная тьма — даже извне не проникало ни лучика: рулонные шторы надёжно закрыли окна от посторонних взглядов и света фонарей.

И в этой темноте — двойное биение сердца… неужели Дже Ру тоже взволнован не меньше самой Лиз?

Медальон на ладони девушки щёлкнул и раскрылся.