Саламандра

— Но… почему?

— Что почему? Почему киллер? Или почему присматриваю за тобой? Почему вдруг решил рассказать всё начистоту? Или почему мы сейчас здесь мирно пьём чай вместо того, чтобы скрываться от тех, кого ты посадила себе на хвост? Или... — зрачки Миш Ри снова сузились до вертикальных щелей, он подался вперёд, почти вплотную уставившись в лицо Лиз, — ... почему я до сих пор тебя не поглотил?

Последнее слово он почти рыкнул, и Лиз инстинктивно отшатнулась, выставив перед собой ладони.

— Уймись, девчонка, — аггел снова откинулся на спинку дивана, расслабленно положив левую руку на подлокотник; во второй неведомо как очутился знакомый бронзовый медальон, — я дал обещание, и я его сдержу.

И когда только успел? Лиз ойкнула и схватилась за шею. Родительской памятки и впрямь не было. Свисали лишь концы оборванной бронзовой цепочки.

— Отдай! — собственный голос показался Лиз слабым и чужим, но отступать она не собиралась. — Отдай по-хорошему, а не то я…

— Не то что? Да, у тебя дар каких поискать, чистокровная саламандра в пятом поколении. Но пользоваться им тебе ещё учиться и учиться, — отрезал Миш Ри, убирая медальон в карман брюк.

— Так научи!

Аггел в ответ лишь хохотнул:

— Слышали бы тебя там. Маленькая ящерка просит у своего естественного врага оружие против него же самого.

— Я… — Лиз осеклась и замолчала. Запал прошёл, и о чём спрашивать дальше, она не знала. Куча загадок без ответов, но какая из них важнее? Да и время поджимало, утекая горячим песком сквозь пальцы. Казалось,что вокруг неё с каждой потраченной впустую минутой сжимается кольцо безликих преследователей, среди которых мелькали силуэты Саймона и Дже Ру. И, как ни странно, самого Миш Ри, хотя тот сидел прямо перед ней, ожидая ответа.

— Просто говори как есть. — Мужчина устало потёр глаза, и Лиз впервые осознала, что аггел гораздо старше неё. Возможно, даже старше, чем её собственные родители. Обманывал вид крепкого подтянутого мускулистого тела и лица без единой морщинки. Разве что седина в волосах и бороде — но сейчас она даже у тридцатилетних встречается, эка невидаль.

Как есть. Что ж...

— Я хочу знать, кто я такая.