Вернувшийся

Кто бы мог подумать, что человек, которого она была так рада видеть, станет для них всех проклятием. — Ладно, давайте попробуем, — мрачно проговорила Гаяра и тут же развернула свои тропы на пути оползня.

Было страшно, поэтому она торопилась. Нельзя передумать. С неохотой и гневом, преодолевая себя и исчерпывая свои силы, другие главы Домов передали приказ Владыки по всему городу. Сильнейшие семьи ятоллы взяли ярость лавы на себя, пустили на свои земли, спасая беззащитный город. Тот должен был служить им, но сейчас им впервые пришлось послужить ему.

Лава начала уходить по магическим тропам на земли Домов, и хозяева друг за другом возвратились к себе. Им предстояло много тяжелой работы, нельзя позволить сгинуть собственным территориям, а значит, необходимо обуздывать и сдерживать лаву. Это потребует всего времени и сил.

Раманд забрал в Аркост больше, чем другие Дома. Жар его не страшил, он нашел ему применение. Обрушил лаву на ту самую метку, доставшуюся от отца. Но та осталась невредимой, даже когда все вкруг нее оплавилось и растворилось.

Гихра показал это своему хозяину.

— Не всегда удается получить все желаемое сразу, да?

— Не станешь даже проверять, все ли в порядке с Домом? — раздался голос Яревены позади.

— С ним все в порядке, там есть, кому справляться, — ответил Раманд, отзывая ястреба со своей земли. Тот принялся кружить над городом и Домами.

У духа Аркоста теперь достаточно сил. Она использует свою магию и осторожно остудит раскаленный оползень.

— Увидели бы другие, как ты легко с этим справился, головой бы в лаву окунули, — произнесла неугодная.

Всем остальным приходилось куда тяжелее, они прикладывали неимоверные усилия, чтобы не позволить земле своего Дома погибнуть. А владыка на подобное даже свое внимание не рассеивал, всем кошка занималась.

Яревена оставалась за его спиной. Она единственная знала, где он находится в этот момент. Как и всякому хозяину, ему следовало быть на своей земле, но Раманд поступал иначе. Он замер посередине города, готовый к тому, чтобы оказаться на любой его стороне как можно быстрее.

С самого верха центральной башни городской ратуши он следил сразу за каждым углом, но не видел ничего. Из-за этого Раманд хмурился с каждой секундой все больше.

— Это мой первый провал за столько лет, как неприятно, — произнес он в конце концов с полным разочарованием в собственных усилиях.

Устроить такой переполох и ничего не добиться — худшее из его решений и совершенно бессмысленные последствия.