Вернувшийся

— Болит? — Яревена решила выпытать главное.

Она избавит его ото всех шрамов. От этих следов прошлого, она разделит их с ним, как жрицы делят боль с бессмертными.

— Нет, — прозвучал хладнокровный ответ.

Неугодная упорно смотрела на этот след на его теле, и ее глаза подозрительно блестели. Раманд обхватил ладонями ее лицо.

— Яра, если бы у меня все болело и кровоточило до сих пор, я бы сюда не добрался.

— Ты просто не говоришь, — упорно настаивала она, — я ведь и половины о тебе не знаю.

Он снова вздохнул.

— Я все тебе говорю, даже больше, чем следует.

Она не поверила и обиделась. Не просто вывернулась из рук, а отодвинулась, отвернулась, вспомнила про накрытый стол, дотянулась до вина и плеснула его себе щедро в бокал.

— А что там с Минрой? — спросила излишне спокойным тоном, не оборачиваясь.

— Ты о чем? — Раманд дотянулся до ее волос и принялся плести косы на их кончиках. Все же уйти она от него смогла только на расстояние вытянутой руки, дальше их обоюдоострая нить не пускала. Если отступить хотя бы на шаг больше положенного, станет больно.

— Эта Гаяра правда первая любовь? — голос бывшей жрицы звучал столь небрежно, что выдал с потрохами все ее истинные чувства.

Раманд опустил голову, стараясь не показывать колеблющейся на губах улыбки. Это ее взбесит.

— Яра, ты что, собралась меня ревновать?

Она пожала плечами, бросая на него косые взгляды и поигрывая бокалом в руке.

— Я собираюсь узнать… всякое.

— Яра! — вдруг гаркнул он над ухом, из-за чего неугодная вздрогнула всем телом и попыталась отползти, но он поймал, вытолкнул бокал из рук, скрутил, придвинул к себе и зашипел хуже полоза: — А что на счет тебя? Делила постель с Отвергнутым? Говорят, они нами не брезгуют?

Яревена даже побледнела от ярости, вся кровь в глаза хлынула.

— Как ты смеешь? — зацедила она сквозь зубы. — Как можешь только такое говорить?

— Не большая дурь, чем та, что несешь ты, — произнес Раманд безжалостно.

— Ну, знаешь ли… да тебя это вообще не касается!

— Тогда и тебя тоже.

Взгляды столкнулись, искры рассыпались по сторонам. Противостояние длилось с минуту. Потом Раманд взял одну руку неугодной и медленно поднес к губам. Он неотрывно смотрел в ее глаза, целуя тыльную сторону ладони. Ему было наплевать на сосредоточенный в ее коже холод. Он, несший в себе жар Калеодона, его не замечал.