Инфантил на Бер-Муд-Ах!

-- Ты на президента похож; одно лицо, только моложе и к народу ближе.

-- Это ты, когда заметила? -- неуместность замечания рассмешила до слез.

Девушка полежала неподвижно, видимо, в раздумье, обижаться или отомстить, и неторопливо задвигалась, зашевелилась. Губами, языком, кончиками пальцев, трогала, поглаживала, прищипывала нежно ноготками, прикусывала зубками; и тело отвечало взрывами-вспышками, пока не заполыхало фейерверком. Попытки поучаствовать в процессе твердо пресекались. Тело рвалось к обладанию, по коже пробегали волны непроизвольной дрожи.

-- Я хочу на скалу, -- шепнула Ирина.

-- Нет.

-- Хочу на скалу.

-- Скала принадлежит Марине, не могу отдать чужое.

--На-ска-лу! -- Ирина долгим движением провела кончиками пальцев от мочки уха до колен, и тело, отвечая, выгнулось дугой, не в силах освободиться от скопившегося напряжения.

Дружище и спаситель мозг ухватился за слово и заставил открыть глаза и уши. Я быстро сел и осмотрелся. Глубокая темнота, которая бывает поздним вечером или утром перед зарей, -- и совершеннейшая тишина.

Вулкан, накопив энергию, молчал. Похоже, мы с ним перевозбудились одновременно, и, если я еще мог направить рвущий тело потенциал в позитивное русло, например, попытаться спасти друзей-островитян, то от вулкана человеколюбия ждать не приходилось, -- «сливай воду».

-- Быстро одевайся.

Костер едва тлел. Растерявшие почву под ногами, забывшие об опасности островитяне перестали следить за огнем. Торопливо раздул-разжег пламя, подбросил сухих веточек.

Упираясь ногами в песок, натащил на огонь ветвистое сухое дерево. Кое-как осветил лагерь. Уставшие от себя, друг друга и обильного ужина искатели личного счастья никак не хотели просыпаться.

-- Черт побери; теть Валь, где твоя жердина? Вытяни качка вдоль спины.

Игорь, успешно отбивавший все попытки бужения, вскочил и, агрессивно наклонившись, двинулся вперед:

-- Ты кто такой? Раскомандовался.

Я усмехнулся, а теть Валя буквально выполнила распоряжение, приложив богатыря точно вдоль позвоночника дрючком, и начала ругать успокоившегося Игорька за сломанную палку.

Качок устыдился и сам вручил женщине новую жердь, подлиннее и потолще.

-- Федора нет, -- спохватилась Лора.

Земля под ногами дрогнула, небо над вулканом осветилось, ахнул взрыв, и навстречу звездам полетел с воющим свистом огненный сгусток.

-- Здесь Федя, -- Артур за углы вытащил из-за шатра одеяло, на котором, свернувшись калачиком, спал Федор.