Сегодня изменит все

— То есть, сражение с чудищем для тебя…

— Шанс показать, чему научился, испытать свои силы, — сказал Иржик. — И я не называл бы стычку сражением. Ерунда, рутина.

— Не слишком-то удачная, по результатам судя, — заметила она.

— Возможно, — Иржик слегка обиделся, но виду не подал. — Поглядел бы я на кого другого, выступившего против огромного, кровожадного дерева.

— А Ворон не помог.

Иржик вздохнул.

— Ты действительно хочешь, чтобы я рассердился?

— Нет. Но ты же его воспитанник, так? А птицы защищают своих птенцов, — она присела на поваленный недавней бурей древесный ствол, указала на местечко рядом.

От волос Лории тянуло свежестью и совсем немного речной тиной, сильно — ароматом кувшинок и полынью. Разлитая в воздухе горечь туманила мысли, но едва-едва, приятно опьяняя.

— Вот, например, орлы. Знаешь? В период образования пар, орлица берет в клюв веточку, взмывает высоко-высоко и кидает вниз, туда, где уже собрались претенденты на ее сердце. Самый быстрый и ловкий ловит и приносит ей, после ритуал повторяется.

— Кто только не устраивает смотрины, — заметил Иржик. — Кто-то женихов, а кто-то — невест. Говорят, дед нашего короля выпил зелье. Летописцы записали, будто враги ему яд преподнесли, но сила духа и прочая ерунда, якобы отличающая правителя от простого смертного, не дали ему умереть, лишь погрузив в глубокий сон. А вот знающие люди утверждали, что все и затевалось специально, и противоядие у него имелось.

— Ты сейчас разрушил очень красивую легенду, — упрекнула Лория.

Иржик пожал плечами.

— Его дочь, позже известная как царица Тарая, загадки всем кавалерам загадывала. Их, правда, не убивали за ошибку, как потом приписывали, лишь раздевали донага и выгоняли за ворота на потеху толпе, но развлекалась она от души. Я портрет Тараи в книге видел. Ты красивее.

— Спасибо.

— Объективно, — наконец-то Иржик нашел, куда ввернуть мудрено-красивое слово, которое использовал Айвен.

Лория, впрочем, не оценила, лишь фыркнула.

— А нынешний король просто позвал герольда и велел разнести весть по всем землям, что, мол, женится на самой смекалистой девице, рассказавшей ему такую небылицу, в которую он поверит. И, к слову, сглупил по-крупному, едва не лишившись короны, страны и головы. Да и королева наша… ну, я не сказал бы, будто краса ненаглядная.

— Зато умная, — возразила Лория.