Повелитель Времени

Дело в том, что ты видишь обрывки всех времен нашего мира, которые тебе показывает само Время, – да он был в восторге.

– Но почему все такое печальное?

– Думаю, Время готовит тебя морально к войне, в первую очередь. Но через страх твое сознание открывается шире, нежели через благоприятные мысли. Дело в том, что при приятных мыслях, снах, воспоминаниях мозг расслабляется и хуже воспринимает информацию. А вот при страхе сознание работает чище и более открыто для нового. Скажем так, открывается своего рода защитный механизм – работать быстрее, придумывать новое, чтобы выжить.

– Ничего себе, у вас тут методы, скажу я вам, – меня переполняло возмущение. – Мало того, что я сутками учусь для того, чтобы, возможно, сдохнуть на этой треклятой войне, так еще и ночью меня практически пытают! – я бросила салфетку и ушла от беседки.

Меня все это злило, я была в гневе, хотела домой, не хотела участвовать в этой войне. Я тут ни при чем, это их проблемы, драконьи глупые проблемы.

– Я не могу, ты же знаешь, пойми же наконец, это… – тут Кира осеклась, увидев меня. – Я смотрю, будущей любовнице моего будущего мужа нравится следить за мной?

– Я шла исключительно по своим делам. Ты и твои дела меня не интересуют, – я развернулась и пошла в обратную сторону. С кем именно она говорила, я не видела.

Я плутала очень долго, пропуская занятие, в поисках своей комнаты. Думала о моем поступке и об этом мире. Продумывала план побега: найти артефактора, который сможет блокировать или снять печать. Главное – не попасть к другим драконам, возможно, те будут не настолько «добры». Пока я обдумывала свои коварные планы, уткнулась в чью-то грудь.

– Оиии, прошу прощения, я задумалась и… – подняв голову, я увидела те самые глаза.

– Уррр, а мне очень нравится.

– О, Гильям отправил?

– Угу. Пройдемся?

– А есть выбор? – изогнула я бровь.

– Конечно есть, но не сегодня, – улыбнулся он и взял меня за руку.

Мы шли молча, долго шли молча. Когда я увидела его снова, что-то ухнуло внутри. И я не могла уже толком думать о побеге. Мне было и приятно, и страшно: а что если это глупая влюбленность? Я же ведусь, как все те девки, готовые стать его любовницами.