Слезы Моря

На их месте я бы давно отказалась от столь сомнительного удовольствия, но разве можно сказать об этом профессору Лаванде? Говорят, она голыми руками способна задушить медведя, если тот сам не сбежит от страха.

— Чудесно! Тема сегодняшнего занятия: «Ручей». Жду от вас к концу пары по три варианта четверостишия.

Мы дружно подавили стоны и проклятия, проследили, как профессор Лаванда сядет за стол, и принялись... мучиться. У меня со словом «ручей» рифмовался глагол «убей». Сочинив к концу пары что-то маловразумительное, я сдала лист и поспешила на другое занятие.

К вечеру я не чувствовала ног от усталости и сразу же после дополнительной тренировки, на которую мы честно отправились с Лоттой, уснула.

Следующие дни слились в один — бесконечно длинный, наполненный постоянными тренировками с оружием и без него, верхом на лошади и в воде, муштрой и зубрежкой устава. Через двое суток, когда нападение на Кардос повторилось, и погибли еще двадцать человек во главе с пятью магами, мы стали вставать за час до рассвета и ложиться спать после полуночи, так как количество занятий по боевой подготовке увеличилось.

Я не высыпалась, а когда ложилась, проваливаясь в забытье, мне снились ожившие мертвецы, загрызни, призраки и мантикоры.

Все остальные проблемы отступили на задний план. По сравнению с бедой, нависшей над городом, они казались мелочными. Когда мы с Лоттой вышли в выходной прогуляться, Кардос показался слишком тихим.

Лотта, которой назначил свидание один из курсантов «волчка», довела меня до нужной таверны, и мы распрощались. Я вошла внутрь, невольно сощурилась от царившего полумрака.

Хозяин «Золотой медузы», высокий и худощавый мужчина, напоминающий художника с набережной, зачем-то предпочитал держать ставни закрытыми, позволяя огаркам свечей плавиться в чашках на столах.

— Леди кого-то ищет? — уточнил он, едва я прикрыла дверь и оглянулась.

— Она ко мне, Вер.

Голос Ала, появившегося рядом, звучал спокойно, но немного устало. Сам он, одетый в темно-синий плащ, скрывал лицо под капюшоном.

— Пошли наверх.

Он развернулся и направился к лестнице, и мне ничего не оставалось, как последовать за ним. Ал добрался до конца коридора, открыл последнюю дверь ключом, кивком указал на нее.

— Есть хочешь?

— Нет.