Повелитель Времени. Сквозь миры

Мой верный соратник, друг и командующий отрядом, который занимается поиском и поимкой соучастников Красных драконов.

- Адэр, ты же знаешь, когда мы одни, можешь звать меня по имени.

- А я тебе не раз говорил, что в стенах замка ты был и есть Вашим Высочеством, а затем станешь Величеством, - усмехнувшись он подошел ближе и разместился на место на котором недавно сидел Иоханн.

- Я надеюсь ты с хорошими вестями? – уточнил я.

- Я нашел его. Он верен вашему роду и согласен выполнить просьбу. Единственное его условие – защита от Великого.

- Как же он верен роду, раз просит защиту от моего отца? – задумчиво произнес я.

- Ты понимаешь, о чем я, - кивнул Адэр. - Когда Инц узнал, что Повелительница Алтея пропала, он согласился помочь.

Я лишь кивнул.

- Ты уверен, что готов пойти на это? Ты же понимаешь что тебе придется сделать? – Адэр уже в пятый раз заводит этот разговор и пытается убедить меня, отказаться от этой затеи.

- Скажи ему, что защита с моей стороны будет обеспечена.

Глава 17

Свадьба уже завтра, но теперь я не видела в ней, абсолютно никакого смысла. Не было и смысла в придуманном нами плане. А ведь мы столько дней и ночей посвятили его разработке.

Всю дорогу от вулкана мы не проронили и слова. Как еще нам удалось выяснить: черный дым вулкан пускает специально, дабы напугать жителей. Но в эти моменты он и в самом деле голоден. В самом вулкане осталась небольшая, но важная часть Великого Беросут, а вот большая сила и сознание благополучно перекочевала в Ореста.

По возвращению от Великого Беросут, Эней сразу пропал и уже два дня его не видно. Я искала его где могла, спрашивала у слуг и стражи, однако и те не знали куда он подевался.

Они конечно списывали все на предсвадебное волнение, но я-то знала правду.

Лишь не понимала одного, почему Великий Беросут оставил нас в живых и отправил обратно, несмотря на то, что мы знали его тайну.

Меня тяготила мысль о том, что мне хотели преподнести весть, как само собой разумеющееся, что я самолично должна принести в жертву своего друга.

Но желание поддержать Энея не покидало. Его лицо не выражало абсолютно ничего: не было в нем ни ярости, ни злости, ни печали или скорби.

По возвращению в пещеру он произнес лишь: «Я в комнату» и ушел не оборачиваясь. А я направилась к Отолли – рассказать ему обо всем, что произошло.

Джин держался как мог.