Я пришла издалека

И выходит, Дами или вскоре завершит обучение, или уже его завершила. Но это означает и то, что у меня нет ни одной зацепки об этом мире. Тем более, я ничего о нем не писала. Просто придумала академию и никогда не высовывала нос за ее пределы. Пусть я и автор, но ничегошеньки не знаю о мире, в котором поселила своих персонажей. И в котором теперь предстояло жить мне!

Адриан

Адриан Гедыминович со скучающей миной обвел взглядом бульвар Калиновского и неторопливо направился к вокзалу. Поезд должен был прибыть на станцию некоторое время назад, но маг сознательно опоздал и так же сознательно не спешил входить в здание, где под ажурной крышей из стали и стекла разместился зал для встречающих и провожающих.

Он и приехал сюда лишь потому, что на этом настаивал отец в своих многочисленных гневных письмах. Их, возможно, стоило бы игнорировать, но Адриан знал границы дозволенного. Отец прощал ему неповиновение лишь до определенного момента, а потом следовало жесткое или даже жестокое наказание. И расстояние никак не спасло бы молодого Гедыминовича от родительского гнева.

Переходя бульвар, молодой пан заметил забавную картину – на брусчатку, столкнувшись, повалились двое. Светловолосый высокий мужчина извернулся так, чтобы растерянная бледненькая панна упала на него, а не на снег. Адриан даже остановился, чтобы понаблюдать за тем, как эти двое барахтаются, пытаясь разъединиться.

Когда пан и панна все же поднялись, Гедыминович немного разочарованно оглядел девушку с головы до ног. Хоть несоразмерно большой саквояж явно принадлежал именно ей, а это означало, что панна только прибыла в Староград, но веяло от девушки вовсе не столичным лоском и блеском, а провинциальностью небогатого человека: неказистое пальто, слишком холодное для местной погоды, тонкие ботиночки со сбитыми носами.

«Хотя личико примечательное», - утешил себя Адриан. Пусть и бедненько одетая, панна оказалась довольно миловидной, со светло-русыми, золотящимися даже в бледном зимнем свете волосами, с чистой кожей без изъянов, с правильными чертами лица, слишком густыми по нынешней моде, но очень ей подходящими темными бровями, с глазами, цвет которых Гедыминович рассмотреть не мог, но решил, что они или серые, или голубые, с мягко очерченными достаточно пухлыми губами.

А когда девушка немного растерянно и виновато улыбнулась пану, Адриан решил, что она не просто миловидна, а очень красива, пусть красота эта неяркая, сдержанная.

- Хоть что-то интересное, - тоже улыбнулся молодой человек.