Я пришла издалека

Если верить все той же карте, то отделение банка где-то на Калиновского, а до «Багнич и сын» идти едва ли больше пятнадцати минут весьма прогулочным шагом.

Тринадцатый дом оказался довольно потрепанным трехэтажным строением. Кирпичный, оштукатуренный и выкрашенный в нерадостный грязно-голубой цвет, домик прятался чуть в глубине, за палисадником с дикими розами, за парочкой лип по углам участка и за массивными уличными фонарями, будто все и каждый пытались оттеснить строение подальше. Соседние дома, яркие, желто-оранжевые, поджимали здание по бокам, оставляя лишь каких-то пару метров на проулок.

В первый миг я решила, что дом просто очень старый, а все кругом давно перестроили, но все домики были построены в одном стиле. И даже крыты одинаково выцветшей серой сланцевой черепицей.

Не став медлить, я прошла по узкой дорожке к двери и постучала в дверной молоточек в виде прихотливо изогнутого цветка ириса. Через минуту темно-серая дверь распахнулась, явив мне маленькую пухленькую женщину.

- Алина? – улыбнулась мне женщина. – Алина Мицкевич?

- Да… Это я. А вы пани Трович? – растеряв уверенность, с запинкой пробормотала я.

- Ой, детонька, зови меня просто тетушка Барбара! – улыбнувшись еще шире и широко раскрыв дверь, радостно предложила женщина. – Не нужно всех этих сложностей, ведь я с твоей матушкой столько лет знакома!

Я растерянно покивала и вошла в дом, пытаясь не слишком откровенно осмотреться.

- Идем-идем, - позвала пани Трович и почти втащила меня в прихожую, оказавшись значительно сильнее, чем я могла бы подумать, а ведь я возвышалась над ней на добрую голову. – Ты давно приехала? Устала? Голодна?

- Все хорошо… - выдохнула я нервно. – Тетушка Барбара. Я заглянула в кафе рядом с вокзалом, выпила чаю и съела кусочек пирога.

Женщина довольно покивала и сообщила:

- Вот это правильно! Понятно, что тебе еще предстоит освоиться на новом месте, но зачем же куда-то бежать сломя голову, а? Я очень переживала, но ты, вижу, разумная молодая панночка.

Я постаралась улыбнуться, но улыбка явно вышла кривоватой.

- А багаж твой прибыл утром, Алиночка, - сообщила пани Трович. – Я велела поднять его наверх. Так что тебе не придется всем этим заниматься.