Сердце рассвета

- возмутился повелитель, перебив своего эмиссара, а мое нутро обожгло гневом. Хаакиму не нравился этот разговор, Хафсар позволял себе слишком многого, забывая, что он лишь раб.

- Именно, - не унимался мастер, что хотелось прогнать его вон, ведь это он нашел меня. Это он виноват во всех бедах. - Но зато Сурайя осталась с тобой... - успокаивающе проговорил Хафсар.

Я ощутила, как подо мной прогнулись матрасы кровати, а голова легла на мягкую подушку. Пару раз моргнув, чтобы прогнать от себя образы супруга, взглянула на джинна, который стоял в стороне, замерев, будто боялся потревожить меня.

- Скоро это пройдет, - уверенно сказал он, сделав несколько шагов вперед. – Ты научишься принимать свои силы и контролировать их.

- Что? – спросила я, помотав головой, чтобы прогнать все эти странные ощущения. Сознание будто находилось в тумане, то, что видела я, накладывалось на то, что видел Хааким, сводя с ума. Видела и дворец джиннов, и дворец людей одновременно.

- Я про твое виденье, - проговорил джинн, продолжая подходить ко мне, медленно, будто боясь напугать.

- Это нормально. Твоя мать тоже не сразу научилась видеть то, что скрыто от глаз. На это потребовались годы. Но она приняла свой дар, научившись им управлять, - улыбнулся он, присаживаясь на противоположном конце кровати.

Я с трудом оторвала голову от подушки, заставляя себя посмотреть в глаза демона. Мама учила меня управлять даром Луноликой девы. Учила не бояться его и принимать, направляя во благо. Бывало, я не могла растолковать то, что показывал дар.

Однако то, что произошло сейчас непохоже на силу, дарованную мне госпожой Луной. Это нечто другое. Необычное. Непривычное.

- Вы знали мою матушку? - спросила я, боясь услышать ответа.

Губы джинна дрогнули в улыбке, лишь на мгновение, но затем вновь сникли.

- Твоя мать самая прекрасная женщина во всей пустыне. Об этом знают даже в самых далеких городах. В том числе и здесь, в мире джиннов, - промолвил он тихим монотонным голосом. - И ты совсем на нее не похожа.

Я промолчала, признавая его правоту.

Голова перестала мутиться от разных видений, и я приподнялась на локтях, вновь посмотрев в раскрытое окно. Джинн проследил за моим взглядом, и ставни вмиг закрылись, а в комнате стало еще темнее. Лишь тусклый свет светлячков освещал шелковые покои.

- Магическая сделка нерушима, маленькая кочевница, - прошептал злой король, а глаза его загорелись словно кошачьи. В темноте их фиолетовое пламя было особенно заметно. – Не пропускай мои слова мимо ушей.