Свет во тьме

Я была благодарна проворности Мел, которая успела сложить их нам в дорогу. Я посмотрела на еду и у меня в горле встал ком.

- Я не буду, - отрицательно покачала я головой. При мысли о еде мне становилось только плохо. Слишком много волнений, от которых скручивало желудок, но взгляд Киллиана остался непреклонным. Его не заботило, хочу я или нет, если он решил, значит так и будет.

- Если ты сейчас не поешь, то точно свалишься Рольду к ногам, - серьезно ответил кузен, кивая на свёрток в руках и намекая, что мне стоит взять хоть что-нибудь, хоть самую малость, и всё же наполнить свой желудок несмотря на острое нежелание, - и испортишь мне все представление.

Кузен взял небольшой кусочек мяса и протянул его мне, видя, что я не собираюсь прикасаться к съестным запасам. Я смотрела на мясо, словно оно было камнем, или хуже того, ядовитым, но кузен, казалось, был упрямее меня и продолжать держать руку протянутой, категорично не принимая мой отказ.

- Я не хочу, - повторила я, но совершенно бесполезно, так как Киллиан упрямо протягивал мне вяленное мясо, и ни одним нервным окончанием на лице не давал понять, что есть хотя бы одно слово, способное его убедить, что я действительно не хочу.

- Если ты сама не будешь есть, я накормлю тебя, как маленького капризного ребёнка, - кузен кивнул в сторону Мирель и одним взглядом дал понять, что её он считает гораздо сообразительнее меня в данный момент.

Мне пришлось сдаться. Киллиан был несгибаемым, и удовлетворился только тогда, когда я съела свою часть пайка, да и если быть честной, я оказалась голодна, и стоило мне надкусить ломтик мяса, как мне захотелось ещё, а затем ещё и ещё.

К моему удивлению, кузен также уговорил поесть и Дом, хотя с его характером ожидалось, что забота о прислуге – последнее, о чём он будет беспокоиться, но на деле сам приступил к еде только тогда, когда убедился, что мы обе сыты.

После скромного ужина Дом сразу же ушла спать, а Киллиан снова будто растворился в темноте. Я бы испугалась, снова оставшись только с Дом, если бы не мой дар, который дал понять, что кузен был все время поблизости: я чувствовала исходившее от него спокойное предвкушение, и именно то, что он был рядом, успокоило меня.

Я перестала думать о том, что разбойники вернутся и все начнется снова, только в этот раз в главной роли будем мы сами. Это позволило успокоиться и приготовиться ко сну, ведь становилось очевидным, что продолжать путь ночью мы не будем.