Свет во тьме

Разве можно было признаться, что я - не местная и что дома меня ждут? Нет, я не могла. Как не могла и объяснить почему меня расстраивала невозможность поделиться собой настоящей.

Я не была пьяна, как в прошлые разы, но не останавливала Киллиана, когда он потянулся к завязкам моего платья на моей спине, это было неправильным, ошибочным и невозможным по многим причинам, но я сдалась, я перестала бороться ещё до начала. Нетерпение, нараставшее внутри, сводило меня с ума, и я не знала, было ли оно только моим, было оно только Киллиана, или же оба ожидания перемешались и делали отказ просто невозможным? Неважно.

- Это платье, - прошептал Киллиан, когда завязки не хотели так легко сдавать свои позиции, как это сделала я. Казалось это одновременно злило его и будоражило. - Оно сегодня сделало тебе ещё более желанной.

- Ш-ш-ш, - я приложила палец к его губам, призывая его и мой собственный здравый смысл замолчать. Разговоры были излишни, а собственные предостережения сводили с ума.

Каждая ошибка, каждое сближение с Киллианом было словно падением с обрыва в неизвестность, когда знаешь, что оставляешь за собой, но и предположить не можешь, что же ждёт за гранью. Оставалось только надеяться, что о моём падении не узнает больше никто, кроме человека напротив, который навсегда останется в Мармандисе, и звёзд за окном.

Я видела сладкий сон, я был дома, в окружении близких и мне было до того было хорошо, что я старалась не реагировать на упрямые попытки настырного человека разбудить меня.

- Мистрис, проснитесь, - тормошила меня Дом, и в её голосе я с каждым новым мгновением слышала всё больше и больше паники. Просыпаясь я наконец начала воспринимать окружающий мир, в который меня беспощадно выдернули. - Мистрис, очень нужна Ваша помощь.

Я попыталась посмотреть на Дом, но зрение отказывалось фокусироваться, вокруг было темно и только свет нескольких свечей создвал легкий полумрак, который и помогал хоть немного, но ориентироваться в пространстве.

- Что случилось? – спросила я, протирая глаза и натягивая на себя сорочку, чувствуя лёгкое смущение от собственной наготы.

- Рид, Ваш кузен, он очень плох, а сэр Родэрик в отъезде, - быстро протараторила Дом, и я поспешила вскочить на ноги.