Лёд, демон и тьма

В отличие от мощного телосложения Тхала, Гнесен был худ и всегда сутулился, рождая ассоциацию со стариковской клюкой. Только княжество Хаот тоже имело выход к морю и часто конкурировало с Астаротами. При дворе Гнесена служили лучшие в Союзе некроманты и проклинающие, а потому с ним привыкли считаться.

Однако все они сейчас были в гостях, а потому прочими князьям пришлось на время отложить личные счёты.

− Лучше послушайте, что сообщил нанятый мною книжник, расследуя дела у Фариусов, − и, видя заинтересованные взгляды прочих князей, Тхал продолжил: − оказывается, его дочка сбежала вместе с двумя наёмниками в сторону Амры.

Князья недолго сохраняли молчание, тут же начав перешёптываться: "Фариусы остались без наследника", "Дейросова имперка такую же дочку и родила", "Дейрос совсем не умеет воспитывать детей, как и его папаша". Ради таких новостей стоило прибыть через пару враждебных княжеств и бросить все дела. Княжество, оставшееся без наследника, было лакомым кусочком.

Князья-одержимые шептались, распадались старые союзы и рождались новые. Гости решали, на чьей стороне в предстоящей войне они выступят: Фариусов и Дольфов. А может, стоило просто подождать и уже пировать на останках поверженного противника?

***

Только вот княгиня Многоликая была до сих пор жива и не готова сдавать княжество без боя, что бы ни думали прочие. Не для того она вернулась из мёртвых, чтобы лишиться тёплого местечка, замка, прислуги и владений, что прилагались к титулу княгини.

Он потерял счёт времени, сколько просидел у постели госпожи, неосознанно поддерживая заклинание стазиса, не давая её телу пасть под неумолимым дыханием смерти, но неожиданно её ладонь, что он сжимал в своих, слегка дрогнула, и мертвенный холод, что, казалось, навечно поселился в теле Многоликой, начал слегка ослабевать.

Не в состоянии поверить в происходящее, некромант поднял опущенную голову и увидел, как легко дрогнули ресницы Многоликой, а затем на него обратился затуманенный взгляд знакомых глаз.