Эвалон

Нимуэй предположила, что, когда из больших окон падает солнечный свет на эти серые стены – они становятся серебряными. Но главная особенность этой комнаты была не в стенах, а в том, что на них. А именно – в портретах всех членов правящей семьи. Картины были выполнены в полный рост, а выполняли их самые талантливые мастера Катэндэла.

Нимуэй начала с самой первой картины. Первый правитель королевства тёмных эльфов, выбранный богом Лианом. Эльф Менелтор Лиадон. Имя Менелтор значило – брат неба, родовая фамилия Лиадон – серебряная ветвь.

Эльфы не подвержены старению, поэтому с портрета смотрел молодой и красивый эльф с черными длинными волосами и правильными чертами. Карие глаза с золотыми крапинками даже на холсте выглядели живыми и умными. Нимуэй показалось, что Натаниэль чем-то похож на его великого предка.

Рядом с владыкой Менелтором висел портрет его жены. Леди Календил, гласила подпись. С портрета мягко улыбалась темноволосая, зеленоглазая эльфийка.

Нимуэй медленно рассматривала одного наследника владыки Менелтора за другим.

Их было не так уж и много. Эльфы живут намного дольше людей. Также как у демонов, ангелов и вампиров, их жизнь может достигать до тысячи лет. Но большинство не доживают до этой цифры. Многие гибнут в битвах или из-за предательства.

Продолжая рассматривать портреты, Нимуэй остановилась у двух последних. Но внимание привлёк особенно предпоследний. Владыка Вольтар. Резкие черты лица. Цепкие зеленые глаза, прямой нос и тонкие губы. Мастер знал своё дело и передал даже выражение, с которым Вольтар смотрел на окружающий его мир.

- Не удивлён, что тебя именно эта картина заинтересовала, - в полнейшей тишине тихо произнёс голос откуда-то со спины.

Нимуэй резко обернулась. Кастиэль стоял в пяти шагах от неё и улыбался, примирительно подняв руки в знак извинения, что напугал. Эльфийка лишь облегченно выдохнула и попыталась успокоить испуганное сердце. Она вообще стала трусихой в последние время. Боится каждого шороха. Эльф медленно подошёл и тоже посмотрел на картину.

- Как у такого великого правителя как Менелтор, появился такой жестокий наследник?

- Ничто не вечно, - пожала плечами эльфийка.

– Каждый должен чем-то отличаться. Должно у него быть что-то только ему присущее.

- Мудрые слова в такой ранний час, - одобрительно сказал Кастиэль. – Не спится?

- Я выспалась, -соврала Нимуэй.

- Это и заметно, - явно не поверил эльф.

Они немного молча постояли и полюбовались портретом жены жестокого короля, потом снова заговорил Кастиэль.