Огненноликая

— А как еще мне думать? — возразил я, а затем, решившись, твердо добавил: — Я должен попытаться. Я возьму ответственность на себя, объясню ситуацию. Даже если это не поможет, я буду знать, что поступил правильно и честно.

После этих слов в комнате на какое-то время повисла тишина. Все смотрели на меня. В мыслях отца и матери я читал понимание и сильную тревогу. Элис была поражена и выглядела соответственно, Джаспер же был настроен скептически, но в его мыслях я прочел уважение. Эммет пребывал в сомнениях, склоняясь к одобрению моей затеи, а Розали силилась понять мои мотивы, но ей это все еще не удавалось.

— Прости Айрин, я должен так поступить, надеюсь ты понимаешь, — сказал я, подходя и обнимая ее.

— Я понимаю, Эдвард. Хотя признаюсь, мне страшно, я боюсь за тебя, но я не стану тебя отговаривать, — ответила она.

Ободренный ее словами, я снова обратился к родным:

— Но есть еще одно, в чем мне нужна ваша помощь. Это безопасность Айрин.

Все взоры немедленно устремились на нас:

— Думаю, вы все и так уже давно поняли, что мы с Айрин теперь вместе. Она моя истинная половинка. Отныне и навеки она моя жизнь, - сказал я.

Как я и предполагал, эта «новость» не стала ни для кого неожиданной, более того, была воспринята всеми весьма положительно, но на последних словах во взгляде, как и в мыслях Розали проступил явный скепсис.

— Знаю, что после всего, что произошло у нас с Беллой, в моих устах это звучит, мягко говоря, сомнительно. Почти то же самое я говорил вам и тогда. Мне и самому было непросто это осознать и принять, вновь поверить своим чувствам. Но это так. Поверьте, то, что я чувствую сейчас, не может сравниться ни с чем другим.

— Вот только жаль, что прозрел ты слишком поздно, — язвительно заметила Розали.

Эммет посмотрел на нее с мягким укором, но она лишь удовлетворенно улыбалась, бравируя своей правотой.

— Ты права, Роуз, уже слишком поздно, но иногда только пережив что-то, можно понять разницу, — сказал я со вздохом и перевел взгляд на Айрин, словно черпая в ней силу и уверенность.

— Если с Айрин что-то случится, я не смогу жить дальше.