Огненноликая

Что касается Ирины, то она пребывала в полной уверенности, что Лоран отправился к своему другу в Канаду. Вряд ли Ирина могла вынашивать подобные коварные планы, в последнее время она была занята исключительно амурными делами, не чаяла души в этом проходимце. Я никогда не питал уважения к этому кочевнику, но она была просто ослеплена своим чувством к нему.

На какой-то миг в комнате воцарилась гробовая тишина. Даже за окнами стало тихо. Бушевавший несколько часов кряду ветер наконец-то стих, а весь день не прекращавшийся ливень словно вдруг иссяк.

— Это внушение, — на этот раз неожиданно резко прозвучал в оглушающей тишине дома голос Элеазара, до этого какое-то время обдумывавшего видение Элис и пришедшего к неожиданному, но единственно логичному выводу.

— Что, прости? — переспросил Карлайл.

— Я почти уверен, что то, что видела Элис, это результат внушения. Я уже видел подобное. Я рассказывал Эдварду и Айрин о дампире — полувампире-получеловеке, с таким же мощным даром внушения, как у Айрин. Скорее всего, Вольтури послали его сюда.

— Боже мой, мы все погибли, — в страхе пискнула Элис.

Джаспер привлек ее к себе и крепко обнял, она зарылась ему в грудь и тихо без слез всхлипывала, окутанная его очередной волной спокойствия. Брат периодически посылал их, стараясь не дать нам завязнуть в трясине отчаяния, хотя ему самому, наверняка, было ох как несладко чувствовать весь этот шквал негативных эмоций, накатывавший со всех сторон.

— Элис права, мы влипли по полной, — раздался истеричный смешок Розали.

— Детка, не драматизируй, — попытался успокоить свою половинку неисправимый оптимист по натуре Эммет.

— Да куда уж еще, все и так предельно драматично, — выпалила она, вырываясь из рук мужа, пытавшегося ее успокоить.

— Вам не следует тут оставаться, — тихим бесцветным голосом произнес Карлайл, обращаясь к Элеазару и Кармен.

Отец был прав, на этот раз Вольтури явно шли с воинственными намерениями, и если наш клан ждала расправа, то не стоило Денали оставаться здесь и попадать под раздачу.

— Мы не оставим вас, — твердо произнес испанец, обменявшись взглядом с женой. — И, кажется, я знаю, что нужно делать.

— О чем ты говоришь? — одновременно спросили Джаспер и Карлайл.

Все теперь смотрели на него с мольбой и отчаянной надеждой. Кажется, в наших отчаявшихся душах затеплилась надежда.

— Я знаю средство от внушения. Вольтури применяли его несколько раз.