Огненноликая

У меня сжалось сердце.

— А кто такие Вольтури? — спросила я, решив перевести разговор на другую тему.

— Вольтури — это древний и могущественный вампирский клан, они живут в Италии и следят за соблюдением законов, которые требуют сохранения тайны о существовании нашего вида. Если кто-то из вампиров открыто нападает на людей, он становится угрозой, и Вольтури жестоко карают за это смертью. Если это новорожденный, то наказывают также и создателей, — объяснил доктор.

— Но не мы ведь создатели Беллы, — возразила Розали.

— Она была членом нашей семьи, и Вольтури это несомненно узнают, если уже не узнали. И потом, все это происходит на нашей территории, и разобраться с этим обязаны мы, в противном случае нам нести ответ перед Вольтури, а они второго шанса, как известно, не дают, — веско проговорил глава семейства.

— Значит, вам всем грозит опасность? — ужаснулась я.

— Надеюсь, все образуется, — без уверенности произнес Каллен-старший. — Аро — глава клана Вольтури, мой давний хороший друг.

— А что ты имела в виду, когда сказала, что отслеживаешь Вольтури? — обратилась я к Элис.

— Ты слышала? — удивилась та.

— У тебя действительно острый слух, зеленоглазка, — заметил Эммет.

— Элис у нас видит будущее. Это ее дар. Она может видеть то, что еще не случилось, но о чем уже принято решение, — объяснил мне Карлайл.

— Ух ты, это круто, — не сдержалась я.

— Не так уж и круто, иногда достает, — со вздохом заметила девушка.

— А у всех вампиров есть дар? — мне стало жутко интересно.

— Нет, только у некоторых. У нас в семье дар есть только у Элис, Эдварда и Джаспера. Эдвард читает мысли, а Джаспер чувствует эмоции и может влиять на них, — пояснил Карлайл.

Ах, вот оно что, теперь я поняла, почему, желая успокоиться, зацепилась за взгляд этого эмпата. Ну, а наш юный бог еще и телепат. О-о! Господи, он и мои мысли все это время читает? Ну-ка признавайся Эдвард, мысленно обратилась я к нему.

— В чем признаться? — недоуменно ответил на мой мысленный призыв Эдвард.

Значит, читает.

— Ты прочел мои мысли? — сказала я взволнованно.

— Только одну, ты попросила меня признаться, но в чем, не уточнила, — пояснил он.

— Эдвард, ты хочешь сказать, что все это время не слышал моих мыслей? — я продолжала допытываться.

— Нет, я не слышу тебя, лишь один раз, наверху, мне показалось, что ты произнесла мое имя, — сказал он и совсем не слышно, почти про себя, добавил: — Все как с Беллой.

Он сказал «с Беллой»? Интересно, подумала я.