Огненноликая

— Только не говори, что это был кто-то из Калленов?

— Это был твой экс-бойфренд Эдвард Каллен собственной персоной.

— Не может быть! — воскликнула я. — И это после того, как я чуть голову ему не открутила?

Хотя чего я удивляюсь, это так похоже на Эдварда: он всегда и во всем хотел быть правильным, всегда старался поступать правильно, благородно. Но от этой его правильности и благородства мне становилось только хуже, я всей душой хотела его ненавидеть, но мне давалось это все труднее и труднее, когда после каждого моего удара он неизменно лишь подставлял вторую щеку.

— А ты, я вижу, горячая штучка! - усмехнулся Деметрий в ответ на мои слова, а затем добавил: — Кстати, он даже записку тебе оставил, правда, мы ее нашли раньше.

Желая убедить меня в истинности своих слов, он вынул из кармана небольшой листок бумаги и протянул мне. Записка не была подписана, но красивый каллиграфический почерк Эдварда я бы не спутала ни с одним другим.

— Ох, в этом весь Эдвард Каллен — хочет помочь, а получается только хуже, — тихо проговорила я.

— Похоже, парень искренне за тебя переживает, думаю, нельзя его винить за это, — сказал Деметрий.

— Я и не виню. А откуда тебе известно, что он был моим бойфрендом?

— До того, как найти тебя, мы навестили Калленов, и он все рассказал, винил во всем себя. Каллены вступились за тебя, просили о снисхождении.

Я с удивлением думала о том, что уже не испытывала по отношению к Эдварду ни злости, ни ненависти, как-то незаметно пропало желание отомстить, как будто все было уже неважно.

И даже жалость к себе самой, которую я так в себе ненавидела, куда-то испарилась. Я чувствовала себя обновленной, быть может, даже заново рожденной и стоящей на пороге чего-то нового, неизведанного и манящего. А все, что было прежде, осталось далеко позади, удаляясь все дальше и дальше, как мелькающие по дороге огни в ночи.

— О чем задумалась, bellissima? — вывел меня из задумчивости насмешливый голос Деметрия. — Пора заняться делом.

— Ага, только не возьму в толк, что надо делать.

— Ну, ты у нас обладаешь щитом. Твой щит защищает пока лишь тебя. На примере Ренаты могу посоветовать попытаться его расширить, вытолкнуть за пределы собственного тела и охватить им кого-то еще, например меня, — сказал Деметрий.

Он томно улыбнулся, явно вложив в последние слова двойной смысл.

— Кто такая Рената? — спросила я, делая вид, что не поняла его прозрачного намека.

— Личный телохранитель Аро. Она защищает его своим даром как щитом, находясь рядом.