Огненноликая

Мужчины в черных накидках, сидевшие на расставленных вдоль плавно изгибающихся стен тронах, между собой тихо беседовали. Их спокойные голоса сливались в негромкий, разносящийся под сводами зала гул. Я сразу же узнала эту троицу с картины, висевшей в кабинете Карлайла, о которой мне как-то рассказывал Эдвард (Почему-то сейчас я могла думать о нем, почти не испытывая гнева). В центре восседал Аро, по правую руку от него — Маркус, по левую — Кайус. Волосы Аро цвета воронова крыла прямыми прядями падали на плечи. У Маркуса волосы были почти такого же цвета и длины, а узкое лицо Кайуса обрамляла благородная седина.

К моему удивлению, их лица, не были неестественно красивыми, как у членов их свиты, черты были идеально правильными, но я не могла сразу решить, нахожу ли их привлекательными. От других вампиров они отличались тем, что их кожа была прозрачно-белой, как луковая чешуйка, и тонкой как пергамент, а в обрамлении смоляных волос она казалась еще бледнее.

За тронами с непроницаемыми лицами стояли несколько мужчин и женщин в обычной, ничем не примечательной одежде. Не успели мы войти, как все лица повернулись в нашу сторону. Увидев нас, Аро оживился. На лице Маркуса застыла откровенная скука, а вампир с белоснежными волосами равнодушно поджал губы.

Мы дошли почти до центра круглого зала и остановились. Деметрий и Феликс по-прежнему стояли по обе стороны от меня, крепко держа меня за руки.

Аро в длинной черной накидке легко поднялся и с невероятной грацией двинулся, а скорее поплыл в нашу сторону. За ним сразу же двинулась еще пара вампиров, видимо, телохранители.

— Вы вернулись, дети мои, — заговорил он мягким, бархатным голосом. — Ну и кого на этот раз вы привели?

Брюнет расплылся в улыбке.

— Джейн, дорогая, — подплыв к девушке, он легонько чмокнул ее в пухлые губы.

— Господин, — улыбка осветила ее лицо, сделав его ангельски прекрасным на зависть ангелам с полотен Боттичелли. — Мы привели нарушителя закона.

Мельком взглянув в мою сторону, Аро протянул ей руку ладонью вверх, и девушка в ответном жесте вложила в его полупрозрачную ладонь свою хрупкую на вид, почти детскую ручку. Накрыв второй ладонью руку Джейн, он на несколько секунд застыл в этой позе. Подернутые дымкой глаза блуждали где-то в пустоте.